И мимоходом, но достаточно внятно, ему дают понять, что они с Наннерль ради него готовы на всё, именно на всё. Разве «ты захочешь там рисковать, не принимая в расчет тех, кто тебя обеспечивает?..» Вопрос? утверждение? Нет, нет, нет — вопрóс: ты тáк хочешь, мы просто интересуемся с твоей сестрой? Если нет прямого вопроса, может не быть и прямого ответа — одни предположения, намеки, размышления.
Л. «Ухудшение здоровья мадам д’Эпиней, сделает невозможным пребывание у неё». «Если мсье ф. Гримм отправится в путешествие, то тебе придется покинуть их квартиру». «И. Кр. Бах обещал написать тебе из Англии и что-нибудь, возможно, найти для тебя. Но это означает заниматься всё тем же ремеслом, только там, где тебя могут посадить в тюрьму за долги в 4 или 5 гиней». «Архиепископ же не только согласен на всё (ты получишь 500 фл.), но очень извинялся, что сейчас не может назначить тебя регентом… « [О] н всегда хотел платить тебе больше… одним словом, к моему изумлению, извинения более, чем вежливые».
И дальше, все возражения сына отметались ответами недвусмысленными и исчерпывающими:
В. «Я стал здесь очень известен 2-мя моими симфониями (из которых последняя была исполнена 8-го числа)». «Зальцбург не место для моего таланта. Музыканты там не пользуются уважением».
Л. «Музыка М. Гайдна (в антрактах спектакля) так понравилась архиепископу, что [Гайдн] был удостоен чести услышать о себе, будто [архиепископ] и предположить не мог, что Гайдн способен написать нечто — такого уровня, и теперь [Гайдну] положено вместо пива пить только бургундское. Какие прекрасные слова».
В. «Я хочу дирижировать за клавиром и аккомпанировать певцам».
Л. «Ты получишь декрет концертмейстера как и прежде… Мы будем иметь 1000 фл. в год» …клянусь тебе, как твой отец и друг, ты не будешь играть при дворе на скрипке… [Но] я готов держать пари, что прежде, чем ты позволишь исхалтурить твои композиции, ты предпочтешь сыграть их сам…
В. «Но в конце концов он опять поставит надо мной постороннего».
Л. « [O] н дает А.Ф.Парису [второму органисту] 5 фл. прибавки, чтобы тот взял на себя бóльшую часть служб».
НЕТ — зажигается на табло огромными буквами.
В. « Bо-вторых, [в Зальцбурге] нет театра, нет оперы».
Л. «Архиепископ заявил, что если ты захочешь написать оперу, он отпустит тебя… Он собирается взять еще и певицу в придачу к кастрату, чтобы иметь возможность ставить оперы здесь».
НЕТ — вспыхивает красным светом и панически мигает сигнал бедствия.
В. «Человек с суперталантом… чахнет, если остается на одном месте.
Л. «В Зальцбурге ты будешь на полпути между Мюнхеном, Веной и Италией… Остаться в Париже? — тогда все надежды, связанные с Мюнхеном потеряны… тогда потеряны надежды на Италию… ты сейчас слишком далеко отовсюду… Ты заработаешь известность в Париже, но тебя забудут в Мюнхене и в Италии».
И очень сильный ход (до ангажемента Лиз в мюнхенской опере):
Л. «В Париже ты не сможешь им [Веберам] оказать никакой помощи… Здесь же, ты вскоре услышишь о м-ль Вебер. Я очень часто пою [при дворе] свои похвалы ей, и буду размышлять над тем, как сделать так, чтобы её тут услышали».
И после получения Лиз ангажемента (с облегчением и вопросом — а мы что же?):
Л. « [T] вое желание видеть семейство Веберов с доходом в 1000 фл. осуществилось. Я получил 15 сентября новость из Мюнхена, что граф Зэау принял м-ль Вебер в труппу немецкой оперы с окладом в 600 фл., что с отцовскими 400 фл. и составляет 1000 фл.».