- Вечер у меня оказался свободным, так что я полностью к Вашему распоряжению. – Улыбнулся я. – И прошу Вас называть меня Вава.
- Странное имя. –Удивилась она.
- Так отец называет меня, а все эти Амадеи – пусть останутся для сцены и фанатов.
Она взяла маня под руку и нежно улыбнулась.
А вечер и вправду был прекрасен, яркие звезды, при отсутствующей луне, озаряли землю холодным светом своих мерцаний. Широкий парк с высокими мраморными скульптурами по обе стороны и персиковый сад справа, что даже при легком дуновении ветра приносил сладкий запах цветов. Мы шли медленно, вкушая эту идиллию, что даровала нам природа. Мария держала меня под руку, а я боялся проронить слово, чтобы не спугнуть этот замечательный момент. Когда парк закончился, мы подошли к возвышенности, на вершине которой и располагалась Глориетта Шёнбрунна, оставалось преодолеть еще несколько сотен ступеней.
- Господин Моцарт…. – Начала Мария Антуанетта, как я тут же её остановил.
- Просто Вава и без «господина», прошу Вас.
- Постараюсь запомнить, - улыбнулась она, - Вава, а Господин Коллоредо Ваш концертный директор или продюсер, или как там у вас это называется?
- Да. Какой он к чёрту продюсер? – Эмоционально начал я, но после поубавив пыл и сообразив кто находится рядом, продолжил спокойно. – Он почетный архиепископ со связями во дворцах. Продюсированием не занимается в принципе, концертным директором у него так же не получается быть, вечно не может организовать нормальное выступление. Да, выглядит главным, но на этом все его возможности заканчиваются. Вот и сегодня буквально выдернул меня из Мюнхена, сказал, что вечером буду давать концерт у Вас во дворце, но и тут не сложилось. Так что помощник из него никудышный. – Улыбнулся я.
- А Вы не слишком резки по отношении к нему? – Немного возмущенно спросила она.
- Я, может быть и резок, но справедлив.
- Хм…, а я действительно ждала Вашего выступления сегодня, но Господин Коллоредо о нем и не заявлял. Программу, конечно, готовили утром, второпях и что-то могло измениться, но Вас в списке не было изначально. Это я сама лично видела. – Она остановилась и стала передо мной лицом к лицу.
- Знаете, Мари, я с превеликим удовольствием играл бы для Вас, хоть всю оставшуюся жизнь, но Коллоредо принимает попытки выставить меня шутом, а в итоге даже не может организовать выступление. – Отвернулся. – Простите.
- А я ведь не спроста спросила, не слишком ли Вы резки с Господином Коллоредо, так как его корни уходят очень далеко. Знать архиепископов Коллоредо в Австрии имеет очень влиятельные связи и вполне может как помочь Вам подняться на вершину, так и спустить Вас очень низко, да так, что это будет ниже уровня моря. А оттуда, Уважаемый господин Моцарт, простите Вава, вылезти будет практически невозможно.
- Может Вы и правы, Уважаемая Мири, - глубоко выдохнул, - может и правы. А ведь мы так и не поднялись на вершину. –Улыбнулся я.
Мария расцвела в улыбке и снова взяв меня под руку, мы начали покорение миллиона ступеней вверх.
Сидя у основания Глориетты, мы смотрели на звезды. Не знаю, о чем в тот момент думала Мария, а я мечтал о поцелуе. Её густые каштановые волосы развивал легкий ветерок. Она поглаживала длинные ноги умилённо рассматривая созвездия.
- Вава, а вы хотели бы полететь в космос? – Загадочно спросило она, не отрывая взгляда от темного, звездного неба.
«В космос? Что я там забыл? Помню, как в детстве с крыши упал и сломал ключицу, вот налетался от души» - подумал я.
- Конечно, кто не мечтал побывать в космосе. – Романтично ответил я.
- Я всегда мечтала увидеть нашу землю с такой высоты, чтобы ощутить эти масштабы.
«Чем тебя самолет не устраивает, женщина» - снова подумал я, но не выдавил из себя ни слова, только согласно покачал головой.
- А чего бы ты хотел сейчас? – Мария задала столь дерзкий и провокационный вопрос.
- Мир во всем мире? – Вопросительно и не уверенно спросил я, оторвав взгляд от неба.
- Ну, ты же не на мисс Мира перед жюри выступаешь…, - возмутилась девушка, - открыто, для себя, чего бы хотелось?