Я уже начал прокручивать в голове варианты ответа, да так чтобы получилось культурно, и чтобы не выставить себя озабоченным маньяком. Ох, эти пухлые губки….
- Вава, только давай желания в пределах разумного…, - произнесла она, словно прочитав мои грязные мыслишки.
- Что ты, никакой пошлости. – Улыбнулся я, отметая в голове придуманные ранее варианты. – Думаю, если бы я мог, то организовал бы себе выступление…. Я влюблен в музыку, женат на ней и если честно, то собирался играть.
- А где? – Снова перебила она.
- Да. Пусть даже тут.
- Тут на вершине? – Она с недопониманием посмотрела прямо мне в глаза.
- Да, нет же. Тут, я имел ввиду во дворце. – Объяснил я.
- У вас странные желания, Вава. – Мария улыбнулась.
Вполне вероятно, что в тот момент, когда я перебирал варианты, как бы тактично, без напора и пошлости выразить свои чувства, обосновав их со своими желаниями, она прочла мои мысли, а после того как я выдавил из себя банальную хрень, она разочаровалась.
- Ну, не стесняйтесь, я знаю, что это не самое сокровенное. – Не унималась девушка, словно так и хотела услышать что-то другое…, да будет так.
- Я мечтал, чтобы вы стали моей женой… - практически шепотом выдавил я из себя. Поперхнулся, закашлял, отвернулся и принялся ерзать на месте, словно траву на которой сидели, посыпали гвоздями.
- Ты же понимаешь, что я обручена и это практически невозможно.
- Да-да, у нас разные сословия, классы….
Она резко наклонилась ко мне и впилась в губы. Это был романтичный и страстный поцелуй, которого я не получал раньше. Левой рукой поправляя ее волосы, я прижимал ее ближе к себе. Мария обняла меня за шею. Еще секунда длинною в вечность, и она отпускает мои губы, шею. Я рад бы сопротивляться, но не хочу портить прекрасный момент.
- А теперь я хотела бы сделать для тебя еще один подарок. – Мария быстро поднялась и протянула мне руку. – Пошли!
Я покорно встал и пошел за ней.
В зале, наполненном музыкой плавно кружились люди, среди которых, в танце пробирались официанты с подносами.
У первого ряда столов стоял большой поднос с остатками хамона, значит горячее уже подавали. Взяв бокал игристого, я на минуту задумался о поступке Марии Антуанетты. Было ли это сознательным решением или она поддалась чарам звездного неба, тишины, моей обаятельности и страсти, что искрило между нами словно напряжение на катушке Тесла. Если расположить между нами лампочку накаливания она бы в миг взорвалась, осыпав нас мелкими осколками. Почему она на это пошла, ведь она помолвлена. Да, у нас разные сословия и каждый прекрасно понимает, что быть нам вместе возможно только в изгнании, а у нее впереди великое будущее…, если, конечно, мигранты не захватят эту страну и не свергнуть власть. Я даже осмотрелся по сторонам после этой мысли. Мы, конечно не в средневековье, но произнеси я это в слух, как меня тут же сожгут на костре, как того поросенка, что понесли официанты к столам элиты.
- Дамы и Господа… - Радостно сказала Мария в микрофон, стоя посредине зала. Музыканты моментально перестали играть. – Сегодня к нам прибыл один замечательный гость, виртуоз и, не побоюсь этого слова, молодое дарование….
Я понимал, что сейчас не начнется представление цирка Du Soleil. Меня тут же бросило в жар, а через секунду проступил холодный пот. Эта девушка не только сводит меня с ума, но и загонит в могилу.
- …Это поистине невообразимый талант. – Не унималась она. – Встречайте, Великий, Господин Вольфганг Амадей Моцарт! Просим!
Ответственный за световые эффекты, так же понял о ком идет речь, меня тут же озарил яркий свет прожектора. От неожиданности, я прикрыл лицо рукой, но в момент убрал. Чувствовал, как глаза наливаются слезами, главное, чтобы никто не увидел. Это действительно было очень мило и душевно, даже в груди защемило. Зал моментально рассыпался в аплодисментах. Последние два ряда столов поднялись со своих мест, может в дань уважения, а может им просто не видно было кому, собственно овации. Я уже собрался сделать шаг вперед, перенять микрофон у Марии, рассыпаться в благодарностях и пройти к роялю, как из толпы показалась недовольная рожа Коллоредо. Сейчас на его не молодой коже, можно было пересчитать все вены, сосуды и капилляры. «Ну, что сученок, не ждал такого поворота?» - подумал я, растекся в довольной улыбке и прошел к центру зала.