- Безмерно благодарен Марии Антуанетте за теплые слова и, конечно, всем собравшимся на приеме в этом чудесном дворце Шёнбрунн. – Начал я со слов благодарности. – Прошу Вас поприветствовать архиепископа Коллоредо, без чьей помощи, я бы не смог добраться в Вену. – Указал в его сторону рукой, «посмотрите на эту недовольную рожу» - промелькнуло у меня в голове. Коллоредо, как публичная личность, сдержанно и скоромно покачал рукой. Зал снова рассыпался в аплодисментах.
- Я написал и исполнил не малое количество церковных симфоний, пьес и серенад, которые вы, конечно, уже слышали. – Отпил с бокала игристое вино. – Но, сегодня, специально для Вас, я хотел бы начать с совершенно нового произведения, которое еще никогда не исполнял ранее - 12 Variations on La belle Francoise.
Зал снова захлопал в ладоши, пока я направлялся к роялю.
Это было простенькое, но интересное произведение, как мне казалось, начинавшиеся с Ми-бемоль мажор. Не могу описать те ощущения, но в тот вечер я играл с таким вдохновением, с которым не играл ранее. Вероятно, поцелуй играли коварную шутку с моими гормонами. Игра продолжалась более часа, за это время я успел исполнить свежие произведения и довольно известные, которые так успели полюбиться публике.
- Я не хочу его видеть! – Услышал я разъярённый крик из-за двери, до того, как Карл Арко успел её закрыть.
- Господин Коллердо, мягко говоря, не желает вас видеть. – Начал Арко. – Ну, а остальное вы уже слышали….
- Слава Богу…, - перебил я Карла, - думал предстоит сложный разговор. – Картинно протер лоб рукавом, словно смахнул пот.
- Вы, Господин Вольфганг, так и не услышали моего совета, а если и услышали, то не сделали никаких выводов. – Карл промокнул губы клетчатым платком. – И ко всему прочему, вы меня не дослушали, поэтому не стану долго растягивать – вы уволены! – Достал из кармана небрежно сложенный в четверо лист бумаги. – Вот Дополнительное соглашение о расторжении действующего Контракта, конечно, без выплат неустойки, как с вашей, так и с нашей стороны. – Протянул листок мне.
- Твою ж мать!!! - Радостно начал я, как в секунду понял, замолчал, - как это без неустойки? Да вы мне должны за последние три концерта, если считать Венский.
- Я бы не стал считать Венский. – Остановил меня Арко.
- Да и чёрт с ним, а предыдущие два? – Снова возмутился я.
- Господин Вольфганг, вы, вероятно, меня не услышали или снова не поняли – если вы не заткнетесь и не покинете стены нашей церкви в ближайшие несколько минут, то вас попросту выбросят. – Крайне сдержано произнес Арко.
- А оплата?
- Мне повторить?
- Пошел ты нахер, шавка церковная, я хочу видеть Коллердо! – Буквально закричал я….
- Что вы делаете, уроды, прихвостни! – Орал я, пока двое охранников за руки и ноги выносили меня из церкви. – Я вас, бля, всех под суд!!!
Выйдя на улицу, они бросили меня на тротуар. Улыбаясь, молча развернулись и вошли в здание. Продолжать возмущение с дверью, а тем более брать «крепость» штурмом было крайне бессмысленно.
- Вам плохо? – Обратилась ко мне лежавшему на дороге проходившая мимо старушка.
- Нет, спасибо. – Поднялся я, отряхиваясь от пыли. – Это просто церковный притон во главе с Коллоредо не желает меня принимать.
- Во главе с кем? – Непонимающе поинтересовалась старушка, протирая с моей спины пыль.
- Коллоредо! – Удивился я её незнанию, так как в этом городишке это известная личность. – Архиепископ.
- А…, - улыбнулась она, - я иудейка.
- И слава…, ну вы меня поняли. – Улыбнулся я в ответ.
Заявление о расторжения Контракта я подавал не один десяток раз, но Коллоредо их выбрасывал. Когда я заводил разговор на эту тему, он тут же отправлял меня в какую-то ссылку, то в Париж, то в Нидерланды, то в Германию. А тут откуда такой порыв великодушия? Да, плохо, что без выходного пособия, к тому же без оплаты за последние три концерта (я все же считаю Венское выступление оплачиваемым концертом). В такие моменты начинаешь верить в Бога, ведь что-то на него снизошло – думал я пока брел к гостевому дому, где проживал до недавнего времени. В кармане зазвонил телефон. Ничего хорошего звонящий, явно не собирается сообщить – мелькнуло у меня в голове, когда я увидел до боли знакомый номер.