- Да, пап. – Поднес телефон к уху, как тут же убрал от неожиданности.
- Ты что себе возомнил?! – Завопил отец. – Да теперь будешь улицы подметать или пойдешь на арабов работать, шаверму на вокзале продавать! Ты понимаешь….
Я все же убрал телефон от уха, так как чувствовал, как оно опухает от неожиданного крика. Периодически подносил телефон динамиком ко рту и согласно мычал, не слушая монолога. За все время работы с Коллоредо, я никогда не понимал его поддержку со стороны моего отца. Несколько раз заводил этот разговор с мамой, но она не особо вникала в дела отца, но поддержку Коллоредо не разделяла. Хоть я и не стал великим военачальником, но все же остался для матери любимым сыном. Она выслушивала все мои негодования на счет работы на этого архиепископа (читай осла), она постоянно выслушивала все мои жалобы и иногда давала интересные советы. Даже когда возникала сильная необходимость надавить на мнение отца – я мигом мчался к ней. Что-что, а вот за моральной поддержкой в уходе от Коллоредо – нужно было звонить ей. Да, что-то я сразу этого не понял. Вот позвонил бы матери, поговорил, объяснил ситуацию, она бы со своей стороны подготовила отца (наслушалась бы от него, вероятно), а потом и мне было бы проще. Не всегда я могу все продумать на перед….
- Что ты мычишь там? – Отвлек от размышлений отец. – Ты вообще меня слушаешь?
- Да-да, конечно, пап. – Моментально вернул телефон к уху.
- И что же я спросил?
- Пап, я давно собирался уйти от Коллердо, пойми, он тормозит мое развитие….
- А сам ты будешь на вершине славы! – Картинно засмеялся он в трубку. – Смотри не надорвись. Вава, я помогал тебе как мог, лез из шкуры вон, вел переговоры с самыми влиятельными людьми, а ты…
- Я все понимаю…. Ты просто не представляешь, что он сделал в Шёнбрунне….
- Ну, вот, что? – Перебил меня отец, вопросом, на который тут же и ответил сам. – Не дал выступить? Задел твое самолюбие? Знаешь, Вава, твой юношеский максимализм до добра не доведет! Он погубит твою карьеру!
Тем временем я подходил к гостевому дому. Немного замедлил шаг, а после вообще остановился. Закурил. Отец все продолжал изливать в трубку свое негодование. Сначала я слушал все, потом начал терять некоторые фразы, а после третьей затяжки сигареты вообще отстранился и стал разглядывать интересную лепнину дома. Очень похоже на эпоху ренессанса, единственное ставни тут совершенно лишние.
- …и ты теперь без денег, правильно? – Услышал я.
- Ну, не то что бы….
- Вава, прекращай мне врать. Я хочу сделать как лучше для тебя, для семьи.
- Да все в порядке, пап. – Попытался выдавить из себя уверенность. – И деньги есть и из комнаты меня не выгнули.
- Точно! – Закричал отец. –Ты же теперь и без жилья остался!
- Да, все нормально, вот я как раз подошел к дому. – Вполне уверенно произнес я.
- Тогда иди за вещами, вечером позвонишь. – Уже спокойно сказал отец. – А деньги я тебе на карту скину. – Положил трубку.
Не успев попрощаться, я сунул телефон в карман.
- Господин Вольфганг…. – Обратилась ко мне консьерж. Я остановился. – Ваши вещи уже собрали, они у меня в комнате стоят. Сотрудники храма хотели их выставить на улицу, но я договорилась придержать.
- Чудесно. – Выдохнул. – То есть даже на ночь остаться не разрешат?
- Думаю, нет. – Ответила старушка. – Но если Вам очень нужно, то могу предложить заночевать в моей каморе. Да, там не дворцовые палаты, но софа есть.
- Спасибо, конечно, но я лучше поищу варианты. – Ответил я в небольшое окно. – А могу оставить вещи, скажем, до завтра?
- Без проблем. Они мне совершенно не мешают. Можно и завтра, или послезавтра забрать. Что с ними будет? Очень сожалею, что так получилось, но вы же знаете, что гостевой дом принадлежит церкви и порядки в нем строгие.
- Да-да. – Покачал головой. – Я был готов, просто не сегодня.
Глава 3. New level in my life.
Глава 3. New level in my life.
Слонялся по квартире как в старом немом кинофильме, движений много, а смысловой нагрузки мало. Перекладывал вещи из одной стопки в другую. Бросился складывать рубашки и свитера в шкаф, как тут же передумал и пошел в ванную. Долгожданной уборкой это было назвать тяжело. Вообще не понимаю, как я умудряюсь так загадить квартиру, в которой бываю только поздно ночью, а вчера вообще провел всю ночь на студии.