Выбрать главу

- Какие штанишки? – не поняла она, но машинально стала себя оглядывать. Ничего не заметила, но и переспрашивать не стала, что бы новый знакомый не подумал, что тупая. Может просто плохо расслышала.

Марина села за столик напротив Антона. Он улыбнулся ей и подмигнул.

Марина снова не поняла посыл. Она взяла раздутый бокал, наполненный океаном коктейля.

- Марина…, - обратилась к ней мама. – Что за позорище? Решила взять парня вульгарностью? Смело, но я не для этого тебе мужика нашла.

- Что ты говоришь? – Марина вновь почувствовала себя тупой.

- Ты посмотри на себя, - добавила мать.

- Что? Я не понимаю. Говорите прямо! – не выдержала она.

Но Галина на подобный тон дочери ничего не стала отвечать. Она отстранилась от неё и вернулась к общению с Антоном.

А Марина уже окончательно во всё разочаровавшись поднесла трубочку, торчащую из бокала к своим губам. «Холодный взрыв», случайно пришло ей на ум воспоминание. И в этот момент она резко выдохнула непроизвольную смешинку. Большой воздушный клубень моментально вырвался на поверхность с глубин алкогольного океана. Марина держала бокал в своих руках и брызги попали только на неё. Но этот взрыв заметили все, кто был за столом.

- Ой! Прошу прощение, - извинилась Марина.

- С Вами всё в порядке? – поинтересовался Антон.

- Да уж приятного мало, - ответила она и заметив пятнышко на своих брендовых розовых штанишках, принялась чистить салфеткой.

- Марина я сегодня тебе поражаюсь, - сказала Галина.

- Мама! А-а! Мама, почему вы молчали? – Марина заметила настоящую аварию и сразу поняла, всё не договоренное до этого, с того самого момента, когда она вернулась от барной стойки.

Когда она отвела свою ножку в сторону чтобы почиститься, то увидела, как расходятся её розовые штанишки прямо по шву в промежности и открываются, её трусики из тоненьких верёвочек и прозрачного кружева.

- Мама! Я что в таком виде к бару ходила?

- По всему похоже, что ещё в такси разошлись. – Ответила мама.

«А-а-а!», заорала про себя Марина.

- Меня же все видели в таком виде! – Срывающимся голосом сказала Марина и побежал в туалет смотреть масштаб аварии. Когда она вернулась то села на диван и больше с него не вставала.

Марина увидела, что за тот короткий промежуток времени, пока она пыталась безрезультатно справиться со своей проблемой, её мама пригласила Антона на танцпол и отжигала там с ним.

Грязные танцы. Галина была в очень коротком платье. Танцуя с Антоном, она низко приседала, раздвигая перед парнем свои колени. Потом лаская своими руками его бедра, едва не прикасаясь к ним губами ползла вверх.

Когда они закончили свой экзотический танец и вернулись за столик там их уже ждала Марина.

- Ну что, как дела? – спросила у нее мама.

- Это катастрофа! Я в таком виде никуда выйти не могу.

- Марина я могу тебя отвезти домой если хочешь. – Любезно предложил Антон.

- Нет уж, звони этому… Пускай привезет тебе во что переодеться.

- Марина у Вас кто-то есть? – поинтересовался Антон.

- Вот именно что кто-то, - ответила за дочь Галина. – Он так, взяли на передержку.

Антон улыбнулся и подмигнул Марине. Он сидел рядом с ней и тесно соприкасался своим плечом с ее грудью.

Глава пятая «Громкость на максимум: Срочно!».

- Саша, срочно приезжай, у меня авария! – Крикнула Марина в трубку, чтобы перебить громкую музыку в клубе.

- Что случилось?

- Мне срочно нужно переодеться.

- Опять чем-то заляпалась? – попытался предугадать я.

Но Марина меня даже не услышала, настолько было дело важное и серьёзное.

- Срочно найди мои джинсы со стразами. Они должны быть в шкафу.

- Ну-у, хорошо.

Она попросила срочно доехать до неё и привезти ей джинсы. Причём долго по телефону она объясняла, какие точно ей были нужны джинсы. В шкафу я их не нашёл. Но под натиском тирании со стороны Марины я в быстром темпе отыскал нужную вещь. «Вот они, те самые джинсы!». Марине я ответил, что скоро буду. Но кое о чём умолчал.

Тогда я думал, что Марина меня любит. Она мне даже пару раз так и говорила. Правда, это было впутано в какие-то хитрые выражения и чаще всего в просьбы. Но конкретные слова я для себя уяснил. Не хотелось мне думать, что я ошибся. Я же не знал, что в тот день происходило в клубе.