Единственная мысль по поводу того, на каком же автобусе уехала мать Ишы - это на зловещем Икарусе. Если, конечно, из адовой печи не выехали на маршрут другие автобусы.
Дальше приставать к ребёнку с расспросами я не стал. Мне стало понятно, что зловещий Икарус задавил его мать и забрал с собой. И скорей всего, это произошло на глазах ребёнка. Но Иша говорит, что его мама изменилась. Возможно, он просто перепутал и подумал, что его мать превратилась в Гадину. «Эти уроды все похожи друг на друга!».
Нет, может это просто дурная мысль в моей голове разболелась после всего увиденного и пережитого. Просто промелькнула мысль, что это зловещий Икарус забрал мать мальчика. А отца у него просто нет. Ушёл из семьи или давно уже нет в живых, раз он даже не заикнулся о нём. А может отец мальчика и был водителем Икаруса. Ребенок видел своими глазами как его отец задавил его мать. Именно поэтому у него случился шок, и ему теперь сложно на физическом уровне разговаривать. Он постоянно что-то мямлит. Когда я у него спросил, как его зовут. Он что-то очень невнятно ответил. Мне послышалось, что его зовут Иша. Я ещё удивился и подумал, что он еврейский мальчик. Его же явно будут травить в школе, придумывать разные клички, созвучные имени. Но это уже не моё дело. Поэтому я стал называть его Ишей.
«Да не... Не может быть! Хотя не может быть, чтобы работал хоть какой-нибудь транспорт или механизм в принципе. Так значит, поиски матери ребенка обречены на провал. И единственное, что я смогу найти, при дальнейших поисках - это утюг, брошенный в мою голову. Причём бросать будет как раз мать Ишы. Ну и что же тогда мне …, нам дальше делать?».
Я вдруг понял, что весь смысл в остатках моей жизни заключается в том, чтобы что-то делать. Не будет смысла в моих действиях - я погиб!
Хорошо. Что делать дальше? Возвращаться к станции метро, надеясь, что не встречусь вновь с Гадиной. Она же бродит где-то там. Ищет меня и ребёнка.
Кто знает, попади она тогда в метро, с ней бы ничего не произошло. А если она оборотень? Обернётся обратно в нормальный вид. Проберётся в убежище и съест ребёнка. А возможно, и меня вместе с ним. Кто знает. Всё может быть.
Тогда остаётся идти в бункер, в котором я поселил Марину. Но далеко, а ходить по улицам города становится всё опаснее. Но какие ещё есть варианты? Я уже не один. Странно, но всё это время, даже когда я был вместе беженцами, или, когда провожал Галину с Антоном, я всё равно чувствовал, что я был один. Хотя нет, не странно. Я действительно был один, и никого у меня не было. А теперь я чувствую ответственность за ребёнка. Не знаю почему. Может, я просто нормальный человек. Вернусь обратно в бункер к Марине и расскажу ей эту мысль.
«Продолжение следует…»
Глава двадцатая «…дай сюда, сука!».
***
Нужно поднабраться сил. Нужно. И ребёнку нужно хоть немного отдохнуть от беготни. А что если найти какой-нибудь разбитый автомобиль ну или не разбитый желательно? Ведь на ходу никаких машин нет, но они все стоят прямо на дорогах. Только почему-то разбитые. Как будто откуда-не возьмись, появились неизвестные вандалы, пограбили всё и расколошматили все тачки. И куда-то свалили. Я знаю куда. Их наверняка взял себе на службу зловещий Икарус.
Но, тем не менее, залезть в какую-нибудь машину можно. Всё-таки крыша над головой и как никак хоть какое-то укрытие. Надо выбрать какой-нибудь джип побольше.
Малыш всё это время был у меня на руках и удивительно он не издавал ни звука. Не плакал, не орал, не звал маму. Я сначала подумал, что он спит. Но оказалось нет. Он просто смотрел в оба глаза на этот пропавший во мраке. Я даже удивился как быстро малыш свыкся с новой формацией мира. Как быстро он принял неизбежные перемены.
И я увидел то, что искал. Большой внедорожник и почти без повреждений. Это был Круизёр двести. В таком можно даже пожить пару дней.
Я открыл машину и обнаружил, что там уже есть постоялец. Причём от рожи этого постояльца я моментально испытал шок, а точнее сказать, чуть не обделался. Одичалый мужик бродяжного вида накинулся на меня, как только я открыл заднюю дверь Крузака. Толи я ему приятно проводить время помешал, толи он хотел поужинать моим носом. Короче, я понял, что там занято.
Я отбился от бомжа, хотя по факту обживать уличные просторы остался я. И снова подался в путь. Я услышал за своей спиной голос того бомжа, который остался в машине: «Ребёнка дай сюда, сука!». Ну что за дела! Зачем всем нужен этот ребёнок?