Этот комментарий вызвал неохотную улыбку на лице Эхо.
- Они отбросы.
- Кстати, о мусоре... - Дез покрутила брелок с ключами на указательном пальце и направилась обратно к своей машине. - Пора кое-что вынести.
Эхо поспешила за ней. Яркий свет полной луны хорошо освещал сельский пейзаж, когда Дез открыл крышку багажника. Связанный мужчина уставился на них с отчаянием в глазах. Из багажника донесся отвратительный запах, заставивший Эхо сморщить нос и помахать рукой перед лицом.
- Отвратительно.
Дез издала кудахчущий звук.
- Ты опять обделался, Стью? Господи, ты отвратителен во многих отношениях, - oна потянулась за спину и вытащила маленький пистолет, спрятанный за поясом ее шорт. Она направила его на Стью. - Развяжи веревку на его лодыжках, пока я тебя прикрываю.
Эхо снова сморщила носик.
- Я не хочу к нему прикасаться.
Дез взглянула на нее, выражение ее лица стало жестче.
- Просто делай, что тебе говорят.
Эхо нахмурилась.
- Ты мне угрожаешь?
- Конечно, нет. Мы - команда, как я уже сказалa. Но я руководитель группы, и я ожидаю, что ты будешь делать то, что я тебе говорю. Перестань валять дурака и развяжи его.
В этот момент Эхо почувствовала новый приступ страха. Она была знакома с Дез всего несколько часов. Любая другая на ее месте никогда бы не позволила, чтобы все зашло так далеко. В игре было слишком много неизвестных. Эта женщина могла быть патологической лгуньей. Она могла быть массовым убийцей. Возможно, этот человек даже не насильник, а просто последний в череде несчастных жертв. Возможно, Дез намеревалaсь убить ее после того, как прикончит Стью.
Но было уже слишком поздно передумывать. Все, что она могла сделать, это поверить Дез на слово и надеяться, что она была с ней откровенна. Она не сомневалась, что история, рассказанная ей Дез, была немного приукрашена, но надеялась, что, по крайней мере, суть ее была правдой.
Она вздохнула и наклонилась к багажнику, нащупывая в темноте узел, которым крепилась толстая веревка вокруг лодыжек здоровяка. На таком расстоянии запах был еще сильнее, и у нее заслезились глаза, когда пальцы нащупали узел и начали его развязывать. Тот развязался на удивление легко. Она предположила, что в крепких узлах не было необходимости, поскольку руки мужчины были скованы наручниками за спиной. Сняв веревку с его лодыжек, она бросила ее в багажник и отступила назад.
Дез улыбнулась, обращаясь к Стью.
- А теперь повернись и вытаскивай оттуда свою жирную задницу, ублюдок.
Эхо взглянула на нее.
- Мне нужно ему помочь?
Дез покачала головой.
- Может, в это трудно поверить, но толстяк может выкрутиться, когда захочет. Это нелегко. Его жирное лицо становится красным, как у пожарной машины, но в конце концов он добивается своего. Не так ли, толстяк?
Единственным ответом Стью был приглушенный стон отчаяния, но он все же начал неуклюже поворачиваться всем телом. От этого усилия "Импалу" тряхнуло так сильно, что заскрипели пружины. Через несколько минут Стью устроился так, что его большой живот свесился с края багажника. Прежде чем сделать что-либо еще, он бросил на Дез печальный, полный отчаяния взгляд.
Она от души рассмеялась.
- Сделай это, или я снова изнасилую тебя монтировкой.
Эхо подумала: Что? Я действительно слышала то, что, как мне кажется, только что услышала?
Стью качнулся вперед, выскользнул из багажника и с глухим стуком приземлился на мягкую землю. Несколько мгновений он лежал лицом вниз там, где приземлился, его тело вздымалось, а легкие работали с перебоями, когда он пытался вдохнуть через нос.
Эхо нахмурилась.
- Может, мне стоит срезать клейкую ленту. Как ты и сказала, здесь никто не услышит его криков.
Дез впилaсь в нее взглядом.
- Ни за что на свете. Он только наговорит кучу дерьма, а у этого ублюдка уже был свой день в суде, насколько я понимаю. Ну и что, что он не может дышать? Это его проблема, а не наша. Помоги ему встать.
Эхо съежилась при мысли о том, что ей придется подойти достаточно близко, чтобы еще раз хорошенько понюхать вонючее дерьмо, застрявшее в его джинсах. Однако она понимала, что спорить с Дез бессмысленно.
Она опустилась на колени рядом со Стью и помогла ему принять сидячее положение, что потребовало от связанного мужчины еще нескольких кряхтящих и хрипящих усилий. Дез былa правa насчет того, что его борьба отразится на его лице, которое приобрело шокирующий ярко-алый оттенок. Эхо встретилась с ним взглядом и почувствовала рефлекторный укол жалости. Что бы ни натворил бедняга, чтобы оказаться там, где он оказался, сейчас он был более чем жалок и не представлял угрозы ни для кого.