Его добродушно-насмешливый голос внезапно помрачнел:
— Или почти ставшее роковым.
Лицо Дейла стало угрюмо и бледно. Он ответил:
— Я знаю. Не надо сыпать мне соль на рану. Послушай — Он снова сделал несколько шагов в сторону от гаража. — Послушай, Рейф, Эванс, похоже, пытается намекнуть, что в машине кто-то покопался.
Рейф секунду помолчал, оглядываясь по сторонам. Потом спросил:
— Что значит «пытается намекнуть»?
Дейл пожал плечами.
— Это чертовски неприятно, и я тоже не хочу в это верить. Если ты уволил человека, нельзя сразу подозревать, что он подстроил твоей жене аварию. Это звучит абсурдно, я так и сказал Эвансу.
— Имея в виду?
— Пелла, конечно. На него-то Эванс и намекал.
Рейф присвистнул.
— Пелл. Интересно…
— Зачем ему это? Допустим, он решил, будто это Лайл заставила уволить его за то, что он нечестно поступил с Сисси Коул, хотя вряд ли это так, потому что именно я приказал ему собирать вещи. Но даже если предположить, что он обвинил во всем Лайл, все-таки устраивать такой трюк слишком рискованно. К тому же, что он мог от этого выиграть? Работу он все равно уже потерял. А тут его еще могли бы заподозрить. Так какая же от этого польза?
Рейф окинул взглядом двор. Пестрая кошка, сидя на солнышке, вылизывала вырывающегося котенка.
— Лайл не просила тебя выгнать Пелла?
У Дейла дернулось плечо.
— Ей и не нужно было просить. У него жена в Пэкхеме, и мне было все равно, сколько подружек он завел в других местах, пока он не начал заводить их в Тэнфилде. Мисс Коул пожаловалась мне насчет Сисси — они как раз только что выяснили, что Пелл женат, — и я пришел прямо сюда и выгнал его. Лайл здесь совершенно ни при чем.
— Он мог подумать иначе.
— С чего бы?
Рейф все разглядывал пеструю кошку.
— Она говорила с Сисси до того, как к тебе пришла мисс Коул. Сисси расплакалась и все ей рассказала. Она приносила какое-то шитье.
Дейл резко перебил кузена:
— Откуда ты знаешь?
— Видел, как она уходила. Пелл тоже это заметил. Сисси все еще плакала. Возможно, он решил, будто Лайл убедила тебя его уволить. Я этого не утверждаю, но это возможно.
Дейл сделал нетерпеливый жест.
— Пелл пробыл здесь достаточно долго, чтобы понять: здесь распоряжаюсь я. Я не верю ни одному слову в этой истории, так я и сказал Эвансу! Ты ведь знаешь таких парней! Эванс получил повышение, а Пелл получил пинка, так что теперь можно на него все сваливать. Все они одинаковые! Еще полгода во всех неприятностях будут обвинять Пелла. Я сказал Эвансу, что больше не хочу об этом слышать!
Пестрая кошка ухватила котенка за ухо. Она вылизывала ему мордочку, шлепая его лапой, когда он начинал вырываться. Рейф проговорил задумчиво:
— Пелл знает себе цену. Такие парни не прощают, если их выгонят. Людей убивали и за меньшее. И ты не можешь выдвинуть против него обвинение, никто не может, потому что любой из нас мог это сделать. Ты не подумал об этом?
Рейф вдруг рассмеялся и продолжил, не дожидаясь ответа:
— Это мог сделать любой дурак. Как раз поэтому подозрение и падает на Пелла. Человек, который потерял работу из-за Сисси Коул, глупее любого из нас. Так что, если это может быть любой дурак, пусть это будет Пелл!
Пронзительно взвизгнув, котенок вырвался на волю и пустился наутек, выгнув спину и задрав хвост. Его мамаша поднялась, потянулась, подошла к Рейфу и потерлась, мурлыча, о его ноги. Он наклонился и почесал ее за ухом.
Глава 14
После ленча молодые люди пили кофе на боковой лужайке. Дейл засунул руку в карман, вытащил маленькую коробочку и положил ее на колени Лайл. Она подняла на него глаза, удивленная и слегка встревоженная.
— Что это?
Дейл смотрел на нее улыбаясь. Он удобно развалился в кресле и находился в состоянии полной гармонии с миром.
— Открой и посмотри. Я привез тебе подарок.
Щеки ее вспыхнули. Почему же он не отдал его ей, когда рядом никого не было? Теперь придется открывать коробочку на глазах у Алисии. Хотя сейчас Алисия не смотрела ни на Лайл, ни на кого-то еще. Она сидела в плетеном кресле, положив ноги на скамеечку, и следила, как дрожит и тает на фоне голубого неба дым от ее сигареты. Стоял чудесный полдень, совершенно безветренный и жаркий. С моря поднималась легкая дымка, словно напоминание обо всех сигаретах, когда-либо выкуренных. С одной стороны линию горизонта замыкал Тэйн-Хэд и торфяники позади него. С другой — огромный кедр. В его тени пряталась Лайл. Волосы ее от этого казались темнее, а зеленое платье словно покрылось пятнами. Остальные же грелись в солнечных лучах.