— Саламандры, вот кто мы, — сказал Рейф.
Он сидел на подушках скрестив ноги, спиной прислонясь к ножной скамеечке Алисии.
— Чем больше мы жаримся на солнце, тем больше нам это нравится. Девиз — «Будь готов!», потому что никогда ведь не знаешь, что случится. Лично я ожидаю сияния святости и звуков арфы, а значит, совесть моя чиста, как снег, по сравнению с Дейлом и Алисией. «Я сильнее десятерых, потому что сердце мое чисто» — хорошая цитата из позднего Теннисона.
Пальцы Лайл скользнули по узелку на коробочке. Та смешная маленькая женщина в поезде тоже цитировала Теннисона. Лучше бы Рейф этого не делал. Мисс Мод Силвер, частные расследования. Нечего здесь расследовать.
Алисия стряхнула пепел с сигареты и мягко сказала:
— Хочешь быть украшенным нимбом, как гипсовый святой, Рейф?
— Не гипсовый, дорогая, это материал слишком хрупкий и ненадежный. Чистое золото — вот из чего я сделан.
Дейл следил за женой. У нее очень красивые руки — очень хорошенькие, белые и изящные. Но не очень умелые в том, что касается узелков. Но вот наконец шнурок развязан и жесткая обертка снята. Под ней оказался слой тонкой бумаги, а потом — коробочка для украшений, стянутая резинкой. Дейл ободряюще улыбнулся.
— Ну посмотри же, что там.
Лайл ощутила странное нежелание открывать коробку. Дейл так редко дарил ей подарки. Он вполне разумно и справедливо полагал, что, раз у нее больше денег, чем у него, она вполне может сама купить себе все, что захочет. По правде говоря, в тот день он впервые со дня свадьбы что-то ей подарил. Лайл чувствовала себя польщенной и растроганной, но предпочла бы не открывать коробочку при посторонних. Ее лицо вспыхнуло, когда она подняла крышку и увидела, что лежит под ней. Это была странная, гротескная фигурка из горного хрусталя. Лайл вглядывалась в нее, пытаясь понять, что это. Какое-то существо с лицом наполовину человеческим, наполовину — мордой животного сидит на корточках, выглядывая из листьев. Когтистая лапа сжимает круглый блестящий плод.
Лайл подалась вперед. В лучах солнца хрусталь становился прозрачным и сверкающим, лишался своих контуров. Ловя и отражая солнечный свет, превращался в бесплотный сияющий шар. Его блеск ослепил Лайл, и она снова откинулась в тень. Странное существо опять уставилось на нее из-за скрывающих его листьев.
— Тебе не нравится? — нетерпеливо спросил Дейл.
Лайл озадаченно взглянула на него.
— Что это?
— Китайская фигурка. Из хрусталя. Я думал, тебе понравится. — Голос его помрачнел. — Жаль, что не понравилось.
Что-то внутри Лайл задрожало. Какая же она дура! Надо было сразу же его поблагодарить. Если бы рядом никого не было, она могла бы обнять его. Зачем ему понадобилось отдавать ей подарок при Рейфе и Алисии? Она быстро сказала, вложив в слова как можно больше тепла:
— Но мне нравится! Я всего лишь пыталась понять, что это. Это изумительно!
Алисия выпустила колечко, проследила, как оно растворилось в воздухе, и расхохоталась.
— Дейл, милый! Чего же ты ожидал? Ты даешь ей коробочку из ювелирного магазина, а когда она ее открывает, там вместо бриллиантов оказывается кусок граненого хрусталя! — Она опять засмеялась. — Ну и умник, правда, Лайл?
Лайл покраснела до кончиков волос, но прежде, чем она смогла ответить, в перепалку вмешался Рейф:
— Ты довольно груба, тебе не кажется, Алисия? Конечно, большинство женщин такие. Для настоящего художника — я имею в виду Дейла и себя — китайская резная фигурка стоит пригоршни бриллиантов. Я уж не говорю о том, что Лайл ни в коем случае нельзя носить бриллианты, даже класть их рядом с собой. Только жемчуг, конечно. Изумруды, сапфиры — да, я думаю, сапфиры ей пойдут. Хризопраз и очень бледный топаз, оправленный в очень бледное золото. Но бриллианты — никогда в жизни.
Алисия выпустила еще одно колечко.
— Если бы женщины носили только те драгоценности, которые им к лицу, ювелиры умерли бы голодной смертью. На любом большом празднике все старые ведьмы просто увешаны бриллиантами. Ты когда-нибудь встречал женщину, которая не надевала бы их при любой возможности?
Выпрямившись, она протянула руку.
— Ну-ка, посмотрим на этот суррогат!
Рейф взял у Лайл фигурку и передал кузине.
— Здорово, — сказал он, глядя на статуэтку, лежащую на смуглой ладони Алисии. — Как будто кто-то смотрит на тебя из воды, правда? Секунда — и ты уже не знаешь, действительно ли видел его. Где ты это достал, Дейл?
Дейл наклонился, чтобы тоже посмотреть.