— Слишком горячий, — сказала Мэг. Она поставила чашку на стол и встала. — Мисс Кэннок, мне необходимо повидать дядю Генри. Я должна обсудить с ним одно дело.
Понимаю, что вам не хочется брать на себя ответственность, но я обещаю, что у вас не будет никаких неприятностей.
Разве что у меня самой.
Мисс Кэннок сразу засуетилась. Она начала нервно крошить булочку, выковыряла ягоды и разложила их кружком на блюдце.
— Право, миссис О'Хара, я не думаю, что…
— Не возражайте, — прервала Мэг. — Я должна видеть дядю. Для этого я приехала сюда. Он будет еще не один месяц писать свою книгу, а мое дело не может ждать.
Мисс Кэннок кашлянула и стала теребить шарф.
— Боже мой, не знаю, что и сказать… Я прекрасно вас понимаю, но мистер Постлетуэйт дал строжайшие указания…
Мэг взяла чашку, подошла к окну и отодвинула портьеру. Будь окно открыто, она могла бы вылить чай, но оно было закрыто, а поднять тяжелый переплет было не так легко, вот была бы тут форточка… Мэг поднесла чашку ко рту, но не стала пить, хотя от чая исходил приятный запах, а у нее пересохло в горле. Нужно как-то избавиться от чая.
Если бы на подоконнике стоял горшок с цветком это было бы проще простого, но его не было.
Мэг подошла к книжной полке за стулом мисс Кэннок.
— Забавно. Здесь все мои старые книги. — Она снова поднесла к губам чашку. — Мне не очень нравится этот чай. А вам? Может быть, стоит добавить сахару?
Сначала Мэг собиралась снять с полки пару книг, как бы решив их полистать, а потом незаметно вылить чай в образовавшуюся брешь. Жидкость стекла бы за полку, не причинив особого вреда остальным книгам. Но тут ей в голову пришел более остроумный план. Мисс Кэннок постоянно уговаривала ее положить сахар в чай. Что ж, это был выход из положения, который выглядел бы вполне естественно. Мэг не хотелось портить книги, дядю Генри еще хватит удар, если он вдруг узнает об этом…
Вернувшись к столу, Мэг бросила в свою чашку два куска сахара, как следует размешала их и попробовала чай — точнее, сделала вид, что пробует. Как только теплая влага коснулась ее губ, она содрогнулась от отвращения. Что бы случилось с ней, если бы она разжала губы и выпила специально приготовленное для нее питье?
— От сахара стало только хуже, — пожаловалась Мэг. — Не понимаю тех, кто пьет чай с сахаром. Выходит, я испортила чашку хорошего чая. Миллер мне этого не простит. Может быть, вылить чай в окно?
— Боже мой! — Мисс Кэннок уронила на ковер кусочек булочки и нагнулась, чтобы подобрать его. — Какая жалость! Конечно Миллер расстроится, а я так не люблю огорчать людей! Не могли бы вы…
Гнев одержал верх над страхом. Чувствуя, как к щекам прилила кровь, Мэг повернулась к камину.
— Моя дорогая мисс Кэннок, я не собираюсь пить скверный чай лишь для того, чтобы доставить удовольствие Миллеру, — заявила она и выплеснула содержимое чашки в очаг. — Вот! Теперь он ничего не узнает, а мы смоем сахар, и следующая порция, возможно, окажется лучше.
Мэг ощущала бодрость и уверенность в себе. Она перехитрила Миллеров и нашла благовидный предлог, чтобы вымыть чашку. Теперь она выпьет чай и отправится прямиком к дяде Генри, даже если ей придется силой тащить туда мисс Кэннок или выудить у нее из кармана ключ от этого идиотского моста.
— Боже мой! — повторила мисс Кэннок, с испугом наблюдая, как Мэг моет чашку. — Надеюсь, вы не погасили огонь. Конечно, вы можете налить себе еще чашку без сахара. Пожалуй, стоит наполнить чайник.
Поднявшись, она задела свое блюдце, оно упало на пол, крошки и ягоды рассыпались. Мэг наклонилась, чтобы подобрать блюдце, а когда она выпрямилась, мисс Кэннок наливала ей чай, сопровождая эту процедуру потоком извинений.
— Какая же я неловкая! Ах, миссис О'Хара! Простите, что я вас побеспокоила! Очевидно, мой шарф зацепил блюдце. Надеюсь, оно не разбилось. Я бы не пережила, если бы разбила фарфор мистера Постлетуэйта. Обычно я очень осторожна. — Она подлила в чай молока и положила руку на щипцы для сахара. — Сама не знаю, что со мной сегодня! Едва не положила вам в чашку кусок сахара. Боюсь, я становлюсь рассеянной, а при моей профессии это серьезный недостаток.
Мисс Кэннок выглядела настолько удрученной, что Мэг, опасаясь, как бы она не расплакалась, постаралась ее утешить. Ей только еще не хватало ее слез…