— Не пойму, о чем вы?
— Неужели, дорогая? Похоже, тебе не хватает сообразительности. Если ты думаешь, что это не касается тебя лично, то напрасно. Если мы получим свое, то его получишь и ты, и надеюсь, тебе это придется по вкусу. — Женщина усмехнулась. — Не забывай, Робин О'Хара оставил в своем чертовом пакете все сведения о Милли Миллер, она же Герти Стивенс, она же Продувная Сью.
— Я не…
— Я вытащила тебя из сточной канавы, верно? Помни это, потому что ты снова там окажешься, если вообще выйдешь из тюрьмы.
— Пожалуйста, не делайте этого!
— Я? Мне ничего не придется делать. Ты сама это делаешь. Не будь дурочкой, Милли. Они получили доказательство смерти О'Хара, и как только она об этом узнает, нам конец. Я приняла все меры, чтобы этого не допустить, и, должна признаться, игра была забавной. Видел бы О'Хара, как я изображаю привидение — он бы здорово посмеялся. — Женщина снова усмехнулась. — Жаль, что его пришлось убрать. Я бы охотно с ним работала, но он бы не согласился. Последнее, что он сказал, поняв, что ему пришел конец, это где мы все окажемся, когда его жена и управляющий банком вскроют драгоценный пакет.
Мэг лежала, не шевелясь.
Робин мертв… Эти люди убили его… Женщина с насмешливым голосом пыталась убедить ее, будто Робин жив… Меченая газета… буквы на коврике у камина… кленовый лист с выколотым на нем словом… визитная карточка на столике в темной квартире… Женщина проделала все это, чтобы помешать ей вскрыть пакет. Но Робин мертв.
Он умер как герой, исполняя свой долг… Мысль об этом унесла былые горечь и обиду. Теперь она будет думать о нем только как о герое.
Звук закрываемой двери вернул Мэг к действительности. Но голова все-таки кружилась. Интересно, кто вышел из комнаты? Впрочем, это выяснилось, когда женщина заговорила снова:
— Что за дурей эта Милли! Ты бы получше присматривал за ней.
Где-то совсем рядом послышался голос Миллера:
— Все будет в порядке. Но что делать дальше? Сколько времени действует эта штука?
Под «штукой», очевидно, подразумевалось то, что ей подсыпали в чай… Но они не знают, что она выпила только половину. Или знают?
— Восемь, десять, двенадцать часов — достаточно долго, — ответила женщина. — Она допила то, что оставалось в чашке, прежде чем отключилась.
Последовала пауза.
— Тогда почему не сунуть ее в воду и не покончить с этим? — сердито осведомился Миллер.
Мэг не шевельнулась, но ощутила внутри леденящий холод. Они накачали ее снотворным, а теперь собираются утопить. Но если она не будет спать, появится шанс на спасение. Ведь она умеет плавать.
Женщина засмеялась, и Мэг, услышав этот смех, поняла, что на шанс не стоит особенно полагаться.
— У тебя нервы разыгрались, как у Милли?
— Вовсе нет!
— Похоже на то. Возьми себя в руки и не забывай, кто тут главный. Я работаю по четкому графику и не собираюсь рисковать. Мы избавимся от нее незадолго до полуночи. Пускай сначала деревня заснет. Мальчишка из пивной вечерами обычно встречается со своей девушкой на кладбище. О вкусах не спорят, но что, если ему придет в голову перелезть через стену? Вчера я обнаружила место, где это можно сделать — там, где надгробье примыкает к стене. Конечно, это один шанс из тысячи, но повторяю: я не хочу рисковать.
— Ладно, — нехотя согласился Миллер. — Голова у тебя работает хорошо.
— Спасибо за комплимент. Боб, — насмешливо отозвалась женщина.
— А потом? — спросил Миллер.
— Потом Хендерсон отвезет меня в Лондон, и мы бросим ее в реку, как О'Хара. Ничего не будет указывать, что она захлебнулась раньше, чем попала туда.
— Ты обо всем помалкиваешь до последней минуты, — снова заворчал Миллер. — В чем состоит твой план? Вы с Хендерсоном собираетесь смыться и оставить нас с Милли отвечать на вопросы? Если ты задумала нас облапошить…
— До чего же ты груб, Боб, — усмехнулась женщина. — У меня и в мыслях нет ничего подобного. Избавившись от… инкриминирующего доказательства, мы вернемся сюда.
Миссис О'Хара должна завтра выехать из Ледлингтона поездом без десяти двенадцать. Хендерсон повезет ее на станцию. Мы остановимся у деревенской почты, и Хендерсон зайдет купить марки. Все в деревне будут клясться и божиться, что миссис О'Хара покинула Ледстоу. Они увидят ее чемодан на багажнике автомобиля, увидят на мне ее пальто и шляпу, а так как она простужена, то будет сморкаться в платок, когда Хендерсон пойдет за марками. В Ледлингтоне я куплю билет до Лондона и заплачу носильщику, чтобы он отнес багаж в вагон. Дневной поезд всегда переполнен, и никто не обратит внимания на тех, кто входит, кто выходит… Тем временем я пойду в дамскую комнату, сниму ее пальто и шляпу, надену яркий красный берет и отправлюсь назад к машине. А когда будем проезжать через деревню, я лягу на пол и накроюсь меховой полостью. Вот и весь план.