— Что ж, мистер Джернингхэм, ваша помощь была бы для нас крайне важна в связи с этим человеком, Пеллом. Насколько я знаю, он у вас работал?
— Да.
— И вы уволили его около двух недель назад?
— Больше двух недель назад.
— Без предупреждения?
— Он получил месячную зарплату.
— Могу я узнать, почему вы его уволили?
Дейл закинул левую руку за спинку кресла и сказал с небрежным высокомерием:
— А почему вообще увольняют? Мне стало неудобно держать его у себя.
Инспектор, казалось, задумался над этими словами. В собственном кабинете мистер Джернингхэм мог рассказывать лишь то, что хотел. Но в суде ему придется рассказать все. Инспектор проговорил сурово:
— Конечно, если вы предпочитаете не делать никаких заявлений до начала следствия, это ваше право.
Дейл нахмурился. Марч понял, что удар достиг цели.
— Я нисколько не возражаю против того, чтобы сделать заявление.
Мистер Джернингхэм при желании умел разговаривать надменно — и сейчас его голос зазвучал крайне заносчиво. Инспектор внутренне улыбнулся.
— Благодарю вас. Я уверен, вы понимаете, что нам необходимо получить как можно больше информации об этом человеке, Пелле.
Дейл кивнул.
— Естественно. Я уволил его из-за девушки. К его работе это не имеет отношения, он отличный механик. Но он утверждал, что холост, а когда выяснилось, что у него есть жена, старшая мисс Коул пожаловалась мне насчет его повышенного внимания к ее племяннице.
— Мисс Коул попросила вас уволить его?
— Нет, она бы не осмелилась. Но она была очень расстроена. Ей только что стало известно о том, что Пелл оставил жену в Пэкхеме — он приехал оттуда. Коулы в течение многих лет являлись арендаторами моей семьи, поэтому я чувствовал себя обязанным что-то предпринять. Я выдал парню его жалованье и приказал убираться вон.
— Вы знали, что он получил место на аэродроме?
Дейл пожал плечами.
— Да, но это меня не касается. Он прекрасный механик.
— Мисс Коул больше к вам не обращалась?
Дейл покачал головой.
— Вчера днем она приходила к моей жене.
— А сами вы с ней вчера не разговаривали?
— Нет.
— А вечером сюда приходила Сисси Коул и тоже говорила с вашей женой?
— Думаю, да.
— Вы ее не видели?
— Нет.
Инспектор откинулся на спинку кресла. Мистер Джернингхэм обрел дар речи, но был не слишком многословен. Марч задал следующий вопрос:
— Не могли бы вы рассказать мне, что вы сами делали вечером?
— Пожалуйста. Моя кузина леди Стейн отвезла меня на аэродром. Я собирался совершить ночной полет.
— Вы помните, в котором часу вышли из дома?
— Примерно в десять минут десятого, мне кажется.
— Сисси Коул еще находилась здесь?
— Не знаю, думаю, да. Мы пили кофе на террасе, и моя жена ушла в дом для разговора с ней и еще не вернулась.
— А вы не видели девушку позже, может быть, встретили ее по дороге?
Дейл снова задвигался в кресле. Рука его опустилась. Он ответил:
— Совершенно точно нет.
— Вы отправились прямо на аэродром?
— Ну нет. Вечер был чудесный, поэтому мы немного покатались по окрестностям.
— Заезжали ли вы в окрестности Тэйн-Хэда?
— Да, мы были там.
— И там вы остановили машину и пошли на мыс?
Дейл сделал резкое движение.
— Послушайте, инспектор…
Марч спокойно посмотрел на него и вежливо пояснил:
— Автомобиль леди Стейн видели рядом с тропинкой, ведущей от Берри-лейн к мысу. Вы же понимаете, меня интересует, кто еще находился на утесе в ту ночь. Как долго вы там пробыли?
Дейл выпрямился.
— Не знаю. Некоторое время. Мы немного погуляли.
— Вы поднимались на вершину?
— Да, кажется, поднимались.
— Вы заметили кого-нибудь, пока были там?
— На дороге были какие-то дети.
— А больше никого?
Дейл молчал.
— Мистер Джернингхэм, если вы кого-то видели, то скрывать это — серьезное преступление.
На мгновение Дейла, казалось, сковало напряжение, он колебался. Потом он решился:
— Я понимаю. Я сомневался, потому что этот факт может оказаться очень серьезным. Понимаете, я видел Пелла.
Марч окинул его проницательным взглядом.
— Где вы его видели?
— Он спускался с вершины мыса. Пройдя мимо нас, он сел на свой мотоцикл и уехал.
— Во сколько это произошло?
— Не знаю. Думаю, не было и десяти часов: еще не совсем стемнело.