Мэг ощупью добралась к окну и подняла шпингалет., Тяжелый переплет не поддавался, и ей пришлось напрячь все силы, чтобы поднять его на пару футов. Она еще не успела отдышаться, когда услышала в холле шаги Миллера.
Сейчас он войдет…
Если бы Мэг не подняла окно, можно было еще успеть лечь на диван, но теперь окно было открыто. Допустим, ей удастся перелезть через подоконник — как быстро и как далеко она сможет убежать? Не очень быстро и не очень далеко. Миллер догонит ее, прежде чем она свернет за угол дома.
Сердце Мэг колотилось о грудную клетку, голова снова закружилась. Когда ключ начал поворачиваться в замке, она, повинуясь исключительно инстинкту, спряталась за шторами правого окошка, которое оставалось закрытым.
Звук отворяемой двери заглушили удары ее сердца, но вспыхнувший свет Мэг увидела сквозь голубую ткань, которую она выбрала еще до свадьбы с Робином. Казалось, это было давным-давно. С тех пор от ее прежней жизни не осталось ничего, кроме стульев, столов и голубых штор. Эти мысли мелькали в голове у Мэг, словно отблески пламени на темной стене, но при этом она не переставала прислушиваться к шагам Миллера. Еще две секунды, и он обнаружил, что диван пуст и что открыто окно. С тихим возгласом Миллер перелез через подоконник и скрылся в темноте.
Что же ей делать? Миллер оставил дверь открытой. Успеет она перебежать через холл и спрятаться в одной из комнат?
Станут они обыскивать дом? Мэг не знала ответа ни на один из этих вопросов. Она лишь чувствовала, что инстинкт, приведший ее сюда, велит ей оставаться в углу между окном и стеной, не шевелясь и почти не дыша. Не найдя ее, Миллер вернется. Словно в ответ на эту мысль, послышался топот ног, и Миллер влез назад в комнату. Тяжело дыша, он побежал к двери и опять скрылся, не выключив свет.
Снова началось мучительное ожидание. Миллер помчался к мисс Кэннок. Конечно эту женщину зовут по-другому — мисс Кэннок всего лишь имя незадачливой секретарши, которую она играла, — но Мэг не знала ее настоящего имени. Сейчас Миллер сообщит ей, а что дальше?
Она придет сюда? Станут ли они обыскивать комнату или решат, что пленница успела выбраться через открытое окно?
Мэг ждала, прижимаясь к стене всем телом, как будто надеялась, что стена расступится и она найдет за ней укрытие. Мэг ощущала животный страх, страх зверя, попавшего в капкан и ожидающего появления охотника.
Они примчались все втроем — Миллер, мисс Кэннок и Милли, — переговариваясь и переругиваясь на бегу. На расстоянии ярда от Мэг мисс Кэннок остановилась и заговорила, заставив остальных умолкнуть:
— Она не могла уйти далеко, если Милли только что приходила сюда. Ты уверена, Милли, что видела ее?
— Я поклялась бы в этом даже в мой смертный час!
— До этого еще не дошло. А вот если ты начнешь плакать, клянусь, я прибью тебя! Боб, до какого места ты добежал?
— Только до угла дома. Дальше бежать одному не было смысла, тем более что я не взял фонарь. Даже если бы она была всего в ярде от меня, я бы ее не увидел.
— Да, это верно. Ступай в сторожку и приведи Хендерсона и Джонни. Возможно, она пойдет к воротам или попытается спрятаться среди деревьев. Незачем суетиться — перелезть через ограду ей не удастся. Я поищу возле дома с фонарем. А ты, Милли, оставайся здесь — может, она решит вернутся, чтобы сбить нас со следа. Пошли, Боб!
Их шага замерли вдали. Если бы Милли тоже ушла! Но ей велели остаться, а когда мисс Кэннок вернется, обойдя вокруг дома, ей может прийти в голову обыскать комнату.
Теперь или никогда! Инстинкт, ранее велевший ей стоять на месте, сейчас приказывал действовать. Хоть Милли и тут, она должна выбраться. Это место из убежища превратилось в ловушку. Посмотрев в щелку между портьерами, Мэг увидела, что Милли скорчилась на диване, закрыв лицо руками. Ее тело сотрясалось от рыданий.
Мэг сбросила туфли и взяла их в левую руку. Теперь она точно знала, что делать, и не сомневалась, что ей это удастся. Страх исчез. Скользнув между занавесями, Мэг бесшумно пересекла комнату, но даже если бы она топала к двери в сапогах, рыдания бедной Милли заглушили бы этот топот. Милли плакала, зная, что попадет в тюрьму, если не выполнит приказа, и потеряет Боба — возможно, уже потеряла, — но все ее существо противилось убийству. А теперь, что бы она ни сделала, ее все равно могут повесить вместе с остальными. Если бы не Боб, она спокойно продолжала бы шарить по чужим карманам, не причиняя никому особого вреда. Продолжая всхлипывать, Милли вытирала лицо грязным носовым платком, оставлявшим черные разводы на ее щеках.
Мисс Кэннок влезла в окно с проворством, весьма неожиданным для дамы в старомодном платье и туфлях с бисером, с нелепой челкой и в очках. Выключив фонарь, она окинула Милли насмешливым взглядом. Она сняла дымчатые очки, и ее светлые глаза холодно сверкнули под бесцветными ресницами. Повернувшись, мисс Кэннок опустила окно и заперла его, потом подскочила к другому окну и резко раздвинула портьеры.