— Оно предназначалось бы для мистера Дейла Джернингхэма, мистера Рейфа Джернингхэма и для леди Стейн.
— И вы всерьез думаете, что кто-то из этих троих покушался на жизнь миссис Джернингхэм?
— Покушался и попытается сделать это вновь. — Помолчав, мисс Силвер добавила: — Разве не таково и твое мнение, Рэндал?
Марч встал и оттолкнул ногой стул.
— Ни ваше мнение, ни мое не имеют особой ценности. Нам нужны улики. А пока в этом деле у нас есть только куча улик против бедняги Пелла. Сегодня утром я побывал в Тэнфилде и повидался с Рейфом — вот куда я уезжал Никогда в жизни у меня не было такого бесполезного, пустого утра. Сначала я поговорил с миссис Джернингхэм. Она — прекрасный свидетель и совершенно ясно высказалась по поводу жакета. В последний раз она надевала его в воскресенье вечером. Рейф принес его ей и помог надеть — в соответствии с этим утверждением на воротнике присутствуют слабые отпечатки. Здесь все правильно. Я узнал также, что Рейф точно не брал ее за плечи таким образом, чтобы оставить те, намного более четкие и свежие отпечатки. И вообще больше никто до нее не дотрагивался. Миссис Джернингхэм прошла прямо в спальню, сняла жакет и повесила в шкаф. С мужем она ни в саду, ни в доме не сталкивалась. Довольно неясные отпечатки могут принадлежать ему, а могут — и кому-то другому. След посередине спины мог быть оставлен в какое-то другое время. Он смешался с отпечатками Пелла. Но Рейф Джернингхэм точно брался за плечи этого жакета, на ком бы он ни был надет, А так как его отпечатки самые свежие из всех, значит, он держал жакет вечером в среду. Только я не могу это документально доказать.
— А он предложил какое-нибудь объяснение?
Марч рассмеялся.
— О да! И делайте с ним что хотите: он принес своей кузине жакет и помог его надеть. И все было именно так. Мистера Рейфа Джернингхэма не проведешь. Он знает так же хорошо, как и мы с вами, какой вес в глазах присяжных эти отпечатки будут иметь в качестве улики. Я уже слышу, как он говорит со свидетельского места: «Конечно, я дотрагивался до жакета. Я принес его миссис Джернингхэм и помог надеть. Думаю, мои отпечатки должны быть повсюду». Говорю вам, он смеялся мне в лицо — и пригласил меня на дружескую партию в теннис, когда я буду не при исполнении.
Мисс Силвер встала.
— Я не должна больше отнимать у тебя время.
— Постойте! Насчет миссис Джернингхэм: она согласилась принять ваш совет и изменить завещание?
Мисс Силвер с беспокойством покачала головой.
— Боюсь, что нет. Она этого не сказала, но… Боюсь, нет.
Марч направился к двери, но остановился, не открыв ее.
— Я сделал все что мог. Начальник полиции настаивает, что не должно быть никакого скандала, если только мы не добудем доказательства, пригодные для суда присяжных. Я дал Рейфу Джернингхэму понять, что он под подозрением. Но дальше этого я пойти не могу. Нельзя приставить к девушке полицейскую охрану в ее собственном доме. Как вы думаете, вы можете убедить ее уехать?
Мисс Силвер снова покачала головой.
— А какой в этом будет смысл, мой дорогой Рэндал? Несчастный случай может с таким же успехом произойти в Другом месте.
— На самом деле, — мрачно проговорил инспектор, — несчастный случай может произойти где угодно. Меня мучает мысль: какая часть этого милого семейства — действительно убийцы?
— Очень большая. — Мисс Силвер помолчала и добавила: — Это ужасная мысль.
Глава 40
Никто не заговорил о визите инспектора до того момента, пока все семейство не уселось под кедром пить кофе после ленча. Упомянула о нем Лайл и сразу же пожалела что не придержала язык за зубами.
Алисия нарочито равнодушно зевнула. Рейф… Что случилось с Рейфом? Что-то произошло, но Лайл не могла бы сказать, что именно. Они не смотрели друг на друга. Но на мгновение возникло фантастическое ощущение, будто между ними протянулась туго натянутая проволока, и с ее конца пробежало что-то. Лайл не знала что. Шок, гнев, удивление, страх, сигнал, предупреждение? Она не знала.
Это ощущение длилось лишь мгновение. Гнев Дейла вернул их к реальности:
— Марч? Когда он приходил?
— Утром, когда тебя не было. — Голос Лайл соответствовал выражению ее лица — как у ребенка, которого кто-то обидел неизвестно за что.
Дейл со стуком поставил свою чашку.
— И никто мне не сказал? Все решили, что не стоит труда упоминать об этом? Чего он хотел — и почему мне об этом не сообщили? Или ему вообще ничего не было нужно? Может, просто визит вежливости? Этот чертов полисмен будет теперь каждый день ходить сюда?