Лайл сидела неподвижно. Она спросила Рейфа, ненавидит ли он ее, и он ответил: «Да». В среду вечером. Как раз после того, как ушла Сисси…
Дейл продолжал говорить серьезным, тревожным тоном:
— Не представляю, как ты не погибла, когда эта машина разбилась! Рейф был в деревне, он ждал тебя — ты помнишь? Он ждал там, чтобы увидеть, как твоя машина пронесется по склону и разобьется о сарай Купера. Знаешь, Лайл, ты родилась в рубашке. Только представь, что он почувствовал, когда машина разлетелась на куски, а тебя в ней не оказалось! И это означает, что Рейфу придется попытаться снова. Он не сдастся, пока на карту поставлен Тэнфилд. К тому же, если человек уж начал такое дело, оно захватывает его, и он не остановится, пока не дойдет до конца. Возможно, он как раз обдумывал, каков будет его следующий шаг, когда увидел на утесе Сисси и принял ее за тебя. Это, должно быть, выглядело как великолепный шанс, и он им воспользовался. Вот как его отпечатки оказались на плечах твоего жакета — он схватил девушку за плечи и столкнул вниз. И тут он понимает, удача опять обманула его. Ему не слишком-то везло все это время, не так ли? Вся удача досталась тебе. Но нельзя слишком долго испытывать свою судьбу — она может повернуться к тебе спиной. Поэтому-то я тебе все это и рассказываю. Я должен сказать ему, что все знаю, и отослать его. Но пока ты должна быть очень осторожна. Не разрешай ему тебя возить. Не оставайся с ним наедине. Держись рядом с Алисией или со мной. Я не мог ничего предпринять, пока не прошли похороны, — нельзя допустить, чтобы поползли какие-то слухи. К тому же только сегодня я получил настоящее доказательство.
— Какое доказательство? — Лайл не сразу смогла выговорить эти слова.
Дейл засунул руку в карман и вытащил что-то яркое. Глядя на сверкнувшую на свету вещицу, Лайл вспомнила блестящий предмет, который Алисия бросила Дейлу, когда они остались вдвоем под кедром. Теперь Дейл на раскрытой ладони протягивал этот предмет Лайл.
— Узнаешь?
Это был портсигар, подаренный ею Рейфу на день рождения. На крышке ее почерком было выгравировано его имя.
— Когда ты видела его в последний раз? — спросил Дейл.
Лайл точно знала ответ. Все они сидят на террасе. Портсигар Рейфа — этот портсигар — небрежно брошен на сиденье пустого кресла. Уильям приближается и говорит, что к Лайл пришла Сисси…
— В среду. Как раз перед тем, как пришла Сисси. Дейл кивнул. — А с тех пор ты его не видела? — Нет. — И никто не видел. С тех пор он все время пользовался этой старой дрянной сигаретницей, над которой мы все издевались. Знаешь почему? Лайл слабо шевельнулась. Это движение означало «нет». Дейл швырнул портсигар на край кровати. — Потому что эта штука лежала все время на вершине Тэйн-Хэда, в том месте, где он уронил ее, сталкивая Сисси с обрыва. Сегодня утром Алисия нашла ее там. Она потеряла свою брошь и поднялась наверх, чтобы поискать ее. Это, конечно, совершенно бесполезная затея. Не думаю, что она обронила брошь именно там, — во всяком случае, она ее не нашла. Зато нашла портсигар Рейфа. Он лежал прямо на краю, но провалился в расщелину. Видимо, поэтому полицейские его не увидели, они ведь наверняка все там обошли. Дейл потянулся за портсигаром и снова положил его в карман.
— Он, должно быть, не мог понять, где обронил его. Рейф не будет особенно сопротивляться, когда я ему все скажу. Теперь он в моей власти. Я оплачу ему дорогу, и он может отправиться в Австралию и выяснить, может ли он все-таки получить ту работу, от которой недавно отказался. Лайл испуганным, безнадежным жестом прижата руку к щеке.