Камень переливался всеми цветами радуги, словно настоящий бриллиант. У мисс Роуленд с верхнего этажа кольцо с похожим камнем. Только вчера мисс Гарсайд видела, как он поблескивал на ее длинном пальце с алым ногтем, когда они вместе спускались в лифте. Неужели этот бриллиант тоже фальшивый? Впрочем, девушкам вроде Кэролы Роуленд часто дарят подлинные драгоценности. Элиза Гарсайд вспомнила, как ярко сверкнул камень, когда Кэрола сняла перчатку, проверяя, на месте ли кольцо. И сразу же ее надела — их кольца были похожи, и это оскорбляло ее гордость…
Мисс Гарсайд продолжала думать о кольцах и их сходстве…
Глава 14
Миссис Андервуд упаковывала посылки для жертв бомбардировок до без четверти пять. После этого у нее был крупный разговор с мисс Миддлтон, а затем она отправилась играть в бридж. Во время упомянутого разговора миссис Андервуд информировала собеседницу, что больше не придет, и добавила: «Так как моя племянница не отличается крепким здоровьем, думаю, вам лучше подыскать кого-нибудь на ее место. Она приходит домой совершенно измочаленная, и меня это не удивляет».
В половине шестого Агнес Лемминг встретилась в условленном месте с мистером Дрейком. Она намеревалась заявить ему со всей твердостью, что он должен перестать о ней думать и что они не должны больше встречаться, но не сказала ни того, ни другого. Причина этой перемены была на редкость тривиальной и, казалось бы, никак не могла повлиять на Агнес Лемминг. Тем не менее это произошло. В конце концов, существует такая вещь, как последняя капля. Этой каплей стала посылка от Джулии Мейсон.
Джулия была кузиной Агнес — весьма состоятельной и столь же добросердечной. Она принадлежала к тем женщинам, которые покупают одежду и не носят ее или надевают не более трех раз. Периодически Джулия отправляла посылки Леммингам, Одна из них пришла с полуденной почтой и была адресована не миссис Лемминг, а Агнес. Внутри оказались бежевый твидовый костюм с оранжевыми крапинками, пальто с меховым воротником, три пары чулок, фетровая шляпа, сумка, перчатки, а также джемпер и кардиган кораллового цвета. В кармане кардигана лежала записка от Джулии:
«Дорогая Агнес!
Надеюсь, тебе пригодятся эти вещи. Должно быть, у меня произошло помрачение ума, когда я их покупала. Они мне маловаты, и я выгляжу в них черт знает как. Морион отдала мне все свои талоны, так что я могу купить что-нибудь другое. Она только что отплыла назад в Америку, так что они ей не нужны…»
Агнес надела джемпер, пальто и шляпу. Эффект был потрясающий. Все выглядело так, как будто было изготовлено по ее заказу. Как правило, вещи Джулии были ей велики и совсем не в ее вкусе, но эти подходили идеально.
А потом вошла миссис Лемминг, взяла кардиган, направилась к зеркалу и повернулась с довольным видом.
— Какой очаровательный цвет! Я не всегда одобряю вкус Джулии, но эти вещи выглядят прелестно. Накинь-ка на меня пальто. Лучше быть не может! Туфли мне не подойдут — оставь их себе вместе с чулками. Какая жалость, что у Джулии ноги больше моих — кажется, женские ноги становятся все крупнее и крупнее, но все остальное мне отлично подойдет. Юбку, возможно, придется немного ушить. Займись этим во второй половине дня, и тогда я смогу пойти в ней в субботу на ленч с Айрин — она как раз подходит для сельской местности.
Лицо Агнес слегка порозовело.
— Джулия прислала эти вещи мне, мама. Я… мне бы хотелось оставить их себе.
Миссис Лемминг сбросила пальто и примерила кардиган — он оказался ей как раз впору. Впрочем, ей подходило почти все. Она выглядела красивой и элегантной, хотя ей было уже почти шестьдесят. Седые волосы были аккуратно завиты, из-под черных бровей безупречной формы поблескивали темные глаза. Стройная фигура сохраняла стройность, но не была при этом худощавой, а цвет лица оставался изумительным. С удовольствием оглядев себя в зеркале, миссис Лемминг с улыбкой повернулась к дочери:
— Право, дорогая моя, Джулии все равно, кто будет носить эти одежки. Она просто хочет от них избавиться — они ей совсем не подходят.
— Она прислала их мне, мама, — настаивала Агнес. — И я хочу их носить.
Миссис Лемминг злобно улыбнулась.
— Боюсь, дорогая, тебе это не удастся. В твоем возрасте должно хватать ума не носить одежду, в которой выглядишь нелепо.
— Джулия прислала это мне, — в третий раз повторила Агнес. — Вот ее письмо — прочитай, что она пишет.