Поддержка любимого была неоценима, особенно тогда, когда Нина Альбертовна и Серафима Ильинична начали обсуждать Инессу, ту самую оперную певицу из Италии. Оказалось, что Инесса - дочь «тёти Серафимы».
В какой-то момент двум дамам удалось захватить инициативу в общей беседе; они долго и упорно пели дифирамбы Инессе, её красоте, таланту и прочим достоинствам. Откуда ни возьмись появился смартфон с фотографиями, на одной из которых совсем юный улыбающийся Людвиг был запечатлён под руку с высокой статной брюнеткой, очень красивой и яркой. Парочка стояла на фоне одной из знаменитых столичных высоток. Фотография была сделана в один из приездов Людвига в столицу.
Инга, конечно, всё понимала, но испытывала жгучую алогичную ревность. Настроение было испорчено, хотя она старательно улыбалась и оставалась по-прежнему вежливой и внимательной до конца вечера.
...От дома родителей Людвига до квартиры, которую молодёжь арендовала, было примерно полчаса пешком. Решили прогуляться, проветриться.
Инга старалась не подавать вида, что её задела фотография, но Людвига было сложно обмануть во всём, что касалось его возлюбленной.
- Инга, что с настроением? Почему ты грустишь? - мягко спросил он, слегка пожимая руку Инги.
- Всё хорошо, - заверила Инга, но Людвиг остановился вдруг, пристально вглядываясь в её лицо. Инга, как ни крепилась, всё же не смогла сдержать слёзы, которые брызнули из глаз.
- Таааак, всё ясно, - серьёзно сказал Людвиг, подхватил Ингу и крепко прижал к себе:
- Ревнивица моя! У нас с Инессой никогда даже намёка на отношения не было! Тебе показали просто фото, снятое во время прогулки с моей мамой и тётей Серафимой, - с нежностью глядя в её глаза, убеждал Людвиг. - Я люблю тебя. Тебя одну, больше никого. Ты для меня единственная, других не существует. Хочу, чтобы ты знала это и никогда не сомневалась во мне.
Глава пятая
После новогодних каникул Людвиг уехал в Санкт-Петербург. Сначала ему было очень тяжело, тем более, что первые две недели пришлось жить в общежитии, а для Людвига это было хуже пытки. На ситуацию наслаивалась казавшаяся невыносимой разлука с любимой; в общем, Людвиг всерьёз подумывал бросить всё и сбежать. Однако ему удалось взять себя в руки. Страшнее всех его бед была перспектива выступить перед Ингой в роли слабака, упустившего возможность, которую дала ему судьба.
Сначала он нашёл маленькую квартирку недалеко от театра, и это стало первым шагом к привыканию и принятию новой жизни. К тому же, любимая сама звонила ему каждый день, не дожидаясь и не демонстрируя ложную гордость. Инга очень поддерживала его, находила нужные слова; ей удавалось рассмешить его, вызвать улыбку на лице. После такого какой нормальный мужчина позволит себе ныть и жаловаться?! Конечно, никакой, а он, Людвиг, настоящий мужчина.
От малодушного бегства Людвига удерживала также перспектива продемонстрировать маме своё фиаско. Этого он допустить не мог ни в коем случае. Волей-неволей пришлось втянуться и привыкнуть, а вскоре Людвиг влюбился и в Питер, и в свою новую работу; другой жизни он теперь не представлял себе. Об одном лишь мечтал: поскорее забрать к себе Ингу.
Инга поддерживала Людвига, как могла, стараясь, чтобы он не заметил, насколько тяжело в разлуке ей самой. Если бы он узнал, то всё бросил бы и примчался, Инга была в этом уверена. Она знала, что будет скучать по Людвигу и тосковать, но масштабы себе не представляла. К счастью, рядом всегда был любимый младший брат, который не давал ей утонуть в пучине тоски.
После осенней ссоры из-за сомнительного сайта, Игорь стал относиться к сестре более трепетно и внимательно, научился бороться со своим максимализмом и излишней резкостью.
Всё преходяще, даже испытания, и май всё же наступил. За четыре месяца Людвиг не смог прилететь ни разу: в театре его сразу взяли в оборот, постоянно задействовали в представлениях. Напряжённая работа над дипломным проектом не позволяла и Инге отлучаться из города надолго: защита диплома неумолимо приближалась.
Накануне защиты Игорь вернулся от родителей, которым помогал приводить в порядок огород для подготовки к новому «дачному» сезону, и играл в своей комнате, сидя в наушниках у компьютера.