Папа рассказывал, что, когда он только встретился с мамой, у него были проблемы с бизнесом и деньгами, и она помогала ему. Не кричала, не причитала, не требовала большего. Она молча помогала ему все это преодолеть, была его поддержкой. Она работала за копейки в магазине и при этом умудрялась помогать финансами отцу. И он в благодарность, как только все наладилось, буквально сложил мир к ее ногам. Осуществил каждую ее мечту и желание. И до сих пор делает это.
Мы никогда не слышали, что они ругаются, никогда. И это не потому, что они не делали этого. Они просто делали это за закрытыми дверями спальни, не выносили сор из избы. И так было во многих вещах. И я считаю, что так и должно быть. Елена любила ругаться на людях. Мне кажется, это доставляло ей удовольствие, но для меня это не приемлемо.
Именно поэтому я не хотел иметь детей от такой женщины.
Что она даст моим детям?
Какой пример им покажет?
Будет целыми днями только и делать, что кричать на них?
Вынырнув из своих мыслей, я продолжил:
– Она даже принесла какие-то бумажки, но я знаю, что она не может забеременеть от меня. Я всегда был осторожен. Поэтому решил вместе с ней съездить к Кристине.
– Она не знала, что Кристина тебе сестра? – спросил со смешком брат.
Я отрицательно покачал головой. Она не знала, я просто сказал ей, что знаю отличного врача и не плохо было бы провериться у него. Нам пришлось ехать в соседний город. Моя сестра после того, как вышла замуж 5 лет назад, переехала в родной город мужа. На удивление, Елена быстро согласилась, даже не отнекивалась. В тот момент у меня проскользнула мысль, что она действительно может быть беременна. Я тогда уже продумывал дальнейшие действия. Речи о том, чтобы отправить ее на аборт, даже не возникло, но вот жениться на ней мне претило.
– Она согласилась без всякого. Мы уже заходили в кабинет УЗИ, когда Елена сказала, что забыла в машине какую-то нужную бумажку, попросила сходить за ней, пока она будет готовиться к процедуре. Я пошел, бумажку она и правда оставила в машине. Стоило мне зайти в кабинет и увидеть лицо сестры, как я все понял.
– Она быстро вылетела из кабинета? – спросил младший брат.
Я засмеялся. О да. Это было эпично и феерично. Младшая сестра буквально за волосы ее выставила из кабинета, и все это сопровождалось нелицеприятными эпитетами.
– А то будто бы ты не знаешь Кристину. Там, кажется, вся клиника слышала ее гневные речи. Как она потом рассказала, пока я ходил в машину, Елена зашла в кабинет и начала просить ее сказать, что она беременна. Мол, помогите как женщина женщине, деньги ей предлагала.
– Жаль, меня там не было, я бы на это посмотрел. Что потом?
– Ну а потом я приехал сюда к тебе, тебя не было, но был твой заместитель, я решил выпить с ним. Он правда не пил, а потом ушел. Я после этого вышел на улицу мозги проветрить, вернулся, а тут на диване девушка сидит.
Я вцепился руками в волосы, но продолжил:
– Я сначала подумал, что она сама пришла ко мне, одна из тех, кто ищет легких денег.
Меня перебил веселый голос брата, кажется, его все это забавляло:
– Что поменяло твое мнение насчет нее?
Я задумался и ответил:
– Слезы, ее взгляд, поза, и на ней не было ни капли косметики.
Сразу вспомнилась бывшая любовница, на ней был толстый слой косметики постоянно, буквально 24 на 7. Это был не просто легкий макияж, а «штукатурка». Меня передернуло. Не хочу даже думать о ней.
– И, кажется, я перепутал кабинки. Она что-то говорила, но я был занят немного другим.
– Ну, видимо, девчонка огонь, раз ты так завуалировал слово «трахаться», – произнес он и заржал как конь. Врезать бы ему хорошенько, но он прав. Не дав мне погрузиться в свои мысли, он произнес:
– Если тебе станет легче, не ты перепутал кабинки.
…
Я дал себе неделю, чтобы разобраться в себе и своих чувствах. Зачем, спрашивается, мне это нужно? Ну переспал с незнакомкой, забудь.