– У меня сестра беременная была, три года назад родила, но она в другом городе живет, я ее видел не так часто. Но вот когда видел, ей плохо не было, светилась вся, порхала, а тут…
Он замолчал, о чем-то задумался, потом выдал:
– Видимо я не самый лучший старший брат, надо было больше внимания ей уделять… Я ведь даже не думал, что все так может быть, знал, что это не «гвоздь забить», но как-то оплошал.
– Теперь будете… будешь, – тут же исправилась я, – знать.
Подъезжая к большой заправке с зоной фуд-корта, Матвей спросил:
– Перекусить или попить не хочешь?
Я покачала головой:
– Нет, мне нужно будет, скорее всего, анализы сдать, а их на голодный желудок сдают, потом поем.
Мужчина долго разглядывал меня, потом сказал:
– Нет, так не пойдет, я думаю, что голодной быть тебе нельзя. Анализы можно и позже сдать.
– Нет, – слишком резко ответила я. К глазам начали подступать слезы. Нет, только не сейчас. Не хочу плакать. Но слезинка все же скатывается по щеке. В голове так и проносятся слова врача «множественные патологии». Я всхлипываю, слезы застилают глаза. Замечаю, что машина остановилась, только когда открывается дверь с моей стороны. Матвей развернул меня к себе лицом:
– Ты чего? Я не так что-то сказал? Обидел? Я же не знаю ни черта…
Я отрицательно мотаю головой и пытаюсь объясниться:
– Нет, все хор…хорошо, – заикаюсь, – просто, – очередной всхлип, – я до этого уже была у врача. Она… она сказала, что у ребенка патологии, – всхлип и рыдания рвутся из меня. Мне так больно, душу разрывает на части. Нужно взять себя в руки. Это я поняла, только когда мужчина побелел лицом.
– Нам нужно к врачу, она посмотрит, – шмыгаю, – и я сразу сдам анализы, если нужно, чтобы все проверили.
Мужчина долго был в прострации, потом обнял меня. Странный он, если честно. Если бы мои мысли сейчас не были заняты малышом, я бы подумала о том, как он себя ведет. Через пять минут мы продолжили движение, всю оставшуюся дорогу молчали. К клинике подъехали на пол часа раньше времени. Я хотела подождать в машине, но Матвей сказал, что нужно идти, про очередь даже слушать не хотел.
– Идем, очередь подождет, пошли, кому говорю, – шипит он и помогает выйти из машины.
В кабинет врача врывается без стука. Боже, я прикрыла рукой глаза. Вот ведет себя как грубиян и невежда – он, а стыдно почему-то мне.
– Кристина! – кричит словно в панике, как будто петух кое-куда клюнул. Похоже, он знает Кристину Вадимовну, интересно.
– Что ты орешь, Матвей! – строго проговорил мелодичный голос.
– Нужно срочно все проверить, срочно! Карина, – говорит и поворачивается ко мне Матвей.
А я стою на пороге кабинета. Вот если бы не знала, что это другой мужчина, подумала бы, что это тот незнакомец и он … переживает что ли? Так, ладно, бред ведь. Сейчас надо думать о другом. Подумаю о мужчине позже.
Я прохожу дальше в кабинет, за столом сидит красивая блондинка лет тридцати с яркими голубыми глазами.
– Добрый день, Карина.
– Здравствуйте.
– Так, Матвей, давай выходи, спасибо, что привез, прошу на выход, – проговорила Кристина.
– Нет, Кристина, ты не понимаешь…, – почти кричит он.
– Нет, дорогой, это ты не понимаешь! Вон из кабинета, живо, или знаешь… Ира, – зовет она кого-то. На имя отзывается рыжеволосая женщина средних лет, – отведи, пожалуйста, Матвея в комнату ожидания, и дай ему чего-то успокоительного. Только не алкогольного! – смеется.
Мужчина присмирел и молча пошел за женщиной. Вот это сила слов. Как шелковый.
– Извините, пожалуйста, Карина, мой брат бывает немного не в себе.
– Ваш брат? – вот глупая, ну зачем спрашивать, словно интересуюсь. Я просто немного в … шоке.
Девушка смеется:
– Да, не бойтесь его, он просто перенервничал. Ложитесь посмотрим, что у вас.
Я послушно выполняю сказанное и решаюсь рассказать о первом походе на УЗИ.
– А УЗИ снимок дали? – спрашивает Кристина Вадимовна.