– Ну дает! – говорит он, утирая уголки глаз, – он ведь речь готовил, по крайней мере говорил мне об этом. А потом что, просто взял и уехал?
Я снова киваю.
– Знаешь, – он на мгновенье задумался, почесал затылок, и потом продолжил, – я вот на его месте тоже не знал бы, что сказать.
Я смотрю на него, ожидая дальнейших пояснений, он не подводит:
– Я как-то раз в клубе с незнакомой девушкой поцеловался, это в том году летом было. Она мимо проходила, потом обернулась, спросила, не я ли это. Ну, а я что? Ляпнул да, – Матвей усмехается.
– А потом она ближе подошла, что-то лепетала, но я не слушал, на нее смотрел. Красивая, милая, щечки красные от смущения, да и фигурка ммм…, – он мечтательно прикрыл глаза.
– Я не думал тогда, что творю, взял и поцеловал. Правда, не знаю, что это тогда было, но на поцелуй она ответила. Это не долго было, но так… стояк был дикий.
Я смеюсь. Никогда не разговаривала с мужчинами о таком, но это оказывается… познавательно и интересно. С Вовкой мы говорили о его жене, Кире, но он такими подробностями не делился. Я никогда не думала с точки зрения мужчин о таких ситуациях.
– Поцелуй прервался, – продолжает Матвей, – она что-то сказала, я не расслышал, там музыка громкая была. Она потом быстренько ушла, я бы даже сказал, убежала, так что пятки сверкали. А я как идиот стоял там со стояком и глупой улыбкой. На следующий день понял, какой дурак. Надо было хоть номерок записать, или не знаю…, – он делает глубокий вдох и вымученный выдох. Кажется, его эта ситуация до сих пор не отпускает.
– Она ведь, скорее всего, перепутала меня с кем-то, но мне-то понравился поцелуй, как и ей… вроде бы. Я хотел найти ее, камеры проверил в клубе, хорошо еще что мой знакомый его владелец. Спросил всех, кого можно, но так и не нашел…
Я видела, что ему больно, поэтому взяла его руку, чуть ниже локтя и сжала в знак поддержки.
– Ну, так вот, если бы я ее сейчас встретил или нашел тогда, я даже не знаю, что бы сказал ей, – сказал он и свернул с дороги, заезжая на заправку. Я уже и забыла, что хотела купить воды и перекусить.
Мне помогли выйти из машины, и мы направились к магазинчику на заправке.
– Сама подумай, вот что я должен сказать? Что-то вроде, – дальше он продолжает слегка искаженным, смешливым голосом:
«Привет, красотка! Ты, может, и не помнишь, но мы с тобой целовались в клубе», или, может: «Привет. Я вижу, ты до сих пор под впечатлением. Давай я дам тебе свой номер, чтобы ты могла поделиться эмоциями, когда окончательно придёшь в себя».
Я смеюсь, держась за живот, и утираю слезы с глаз, а Матвей тем временем продолжает:
– О, или вот, может: «Ты не поверишь! У меня после поцелуя с тобой открылись экстрасенсорные способности. Вот сейчас, например, я вижу, что ты думаешь: Это ещё кто такой?»
Я еще пуще разражаюсь смехом, Матвей присоединяется.
Он прав. Будь я на его месте, что бы сказала? Да и сейчас, вот нашла бы я сама Демьяна, а что говорить?
Мы купили кофе, воду, снеки и чипсы… Да, вот так вот бывает, оказывается. Мы просто мимо шли, и мне так сильно их захотелось. Но вредно же, я не взяла, прошла мимо, а у самой слезы на глазах. Вот сейчас мне уже смешно от ситуации, а в тот момент я хотела разрыдаться. Матвей, заметив мои влажные глаза, принялся спрашивать, что не так, а когда я ему сказала, смеялся на весь магазин, и, кажется, вся заправка слышала. А она, на минуточку, немаленькая.
В итоге в машину мы вернулись не только с кофе и снеками, но и с тремя разными вкусами чипсов.
Моему счастью в этот момент не было предела. Я открыла первую пачку со вкусом сметаны и лука, понюхала, и слюнки побежали. И вот теперь мы на пару поедаем чипсы, одна пачка уже закончилась, принялись ко второй.
– Слушай, а с беременными-то, оказывается весело!
Я с укором смотрю на него, а самой смешно. С нами не то, что весело, с нами можно со смеху помереть. Вспомнить хотя бы конец прошлой недели. Лиля вместе с Настей пришли в гости, мы приготовили вкусной еды, запекли кролика, начали кушать, а потом на пару с Лилькой ревели. Из-за чего? Да из-за кролика, которого приготовили. Лиля сказала, что видела живых кроликов у соседки, а теперь одного из них мы едим. Настя с нас смеялась, а все потому, что буквально минут через десять мы снова принялись уплетать мясо. И таких ситуаций было не мало.