– У тебя же гараж был, да?
Я кивнула.
– У тебя там есть что забрать нужно?
–Да.
– А он знает об этом? – спросил Вова, я знаю, о ком он спрашивает.
– Нет, он думает, что там ничего нет. Последний раз, когда он был там со мной, мы забрали оттуда все запасы тканей. Они там долго лежали, нужно было их использовать. Я пустила их на линейки одежды для маркетплейсов. Чуть позже я заказала новые ткани, их привезли чуть раньше срока. В ателье места не было, я попросила, чтобы их в гараж привезли. Я тогда одна была.
Горько усмехнулась. Это было как раз тогда, когда бывший ездил на отдых со своей пассией. О чем и сказала другу:
– Он тогда сказал, что поедет к бабушке, а сам отдыхал на море со своей Ларисой. Над детьми там, наверное, работали.
– Ну и хорошо, что он об этом не знает. Но я думаю, нужно забрать все это. Насколько там ценный материал?
– Очень ценный, – ответила я. Так оно и было. Я заказывала его для новой коллекции повседневных платьев. Мне нужна была такая ткань, чтобы, надев ее женщина чувствовала себя как королева. Мягкая, приятная к телу, легкая. Мне привезли ее из-за рубежа.
– Ты мне тогда адрес напиши смской, я потом отправлю кого-то забрать все. Полежит пока в машине, потом найдем новый гараж или склад.
…
В квартире нас встречала взволнованная Кира. Увидев мужа, она ахнула и прикрыла рот ладошкой. Я себя в этот момент так паршиво почувствовала. Это из-за меня ее муж пострадал. Мне было не по себе. Потом она перевела взгляд на меня, и с ее глаз потекли слезы. Она бросилась ко мне и порывисто обняла, зашептав:
– Боже, Карина, – из нее вырвался всхлип.
– Все будет хорошо. Ты не переживай.
Она повела меня в кухню, усадила за стол и потянула за рукав рубашки, обнажая руки. Под рубашкой у меня была майка. Я посмотрела на свое плечо. Жуть. К горлу подкатил ком. Только сейчас я разглядела, что там, где кожа содрана, кажется, есть занозы от столика. Вокруг раны все стало сине-фиолетовым. Кира открыла ящик и вытащила оттуда аптечку, потом сходила еще за пинцетом.
– Я не врач, но думаю, к врачу ты не поедешь. Поэтому, если, что, ты кричи. Но тихо кричи, – она показала указательным пальцем в сторону спальни.
– У меня там Ванюшка спит.
Я улыбнулась. В этом вся Кира, всегда поддержит, и даже в сложных ситуациях, умеет внести нотку веселья. Она принялась сначала оттирать кровь, потом вытаскивать занозы. Там же нашлись осколки стекла. Я стоически терпела, только иногда шипела от боли.
– Ну все! – проговорил мой доктор.
– А теперь сходи, искупайся, потом мы выпьем чаю с ромашкой и мелиссой и еще чем-нибудь, и ты мне все расскажешь. Если захочешь, конечно.
Я не стала сопротивляться и пошла купаться.
Постояв под струями теплой воды, постаралась смыть с себя все прикосновения бывшего. Мне было тошно. Я терла кожу мочалкой до красноты, настолько противно мне было. Подавила всхлип. Нет, я не буду плакать. Я сильная. С таким настроем вернулась на кухню и застала разговор обитателей дома:
– Мы, наверное, не поедем, не хочу Карину одну оставлять, – проговорила Кира.
– Хорошо, – Вова согласился.
– Я позвоню и скажу, что потом заедем.
Я вошла на кухню и спросила:
– Вам нужно куда-то?
Две пары глаз уставились на меня.
– Нет, нормально, – сбивчиво сказала Кира и махнула рукой.
– Нет, Кир, я так не могу. Я, когда подошла, услышала ваш разговор. Я в порядке, если вам куда-то нужно, то поезжайте.
Кира молчала, за нее сказал Вова:
– Сегодня у тети Вали день рождения, она в гости позвала. Еще дочка ее приехала из Германии, она нас позвала.
Вот за что Вовку люблю: все как есть говорит. Не всегда правда, но говорит.
– Так поезжайте, малого можете мне оставить, если капризничает. Вы там хоть отдохнете, – сказала я.