Выбрать главу

«Надо поторопиться, – нахмурился Аполло, – первая партия уже на месте».

Зайдя в подземный туннель, Аполло поспешил к лифтам. То место, куда он направлялся, находилось глубоко внизу. Доступ туда имели лишь несколько высокопоставленных лиц Лебедии. Почти все из них, за исключением его самого, сейчас уже находились на Луне. Каково же было его удивление, когда он встретил за закрытой дверью того, кого никак не ожидал там увидеть.

– Линда? – опешил Аполло, увидев женщину, стоявшую у ниши в стене самого секретного помещения Лебедии. – Чем обязан визиту главы Ордена?

– Ты помнишь наш уговор, Пол? – тихо спросила она, подходя к лежавшим в коматозе давно и условно «мертвым» людям, среди которых были и монархи, и вожди, и князья.

– Помню, – побледнел он. – Не наших рук дело, уверяю тебя. Ты же, небось, всё уже пронюхала, не так ли?

– Естественно. Но в данный момент меня волнует твоя дочь.

– Она еще не спела свою лебединую песню.

– Главное, чтобы мотивчик мне понравился.

Линда обошла ложе, на котором лежала императрица.

– Я не разрешаю их забирать.

– Но почему? – тут же вскинулся Аполло.

– Пусть феникс дойдет до этого места и увидит их.

– Линда, но если он увидит их, то его состояние жара усилится и тогда...

– ...тогда он не зайдет в соседнее помещение.

– Мы могли бы и их вывезти, – неуверенно предложил Аполло.

– Нет, конечно! – округлила глаза Линда, при этом неосознанно поправив свою пышную прическу из коротких, рыжих волос. – Тогда небо остановится. Высшие тебе за это спасибо не скажут.

– Какая разница! – фыркнул он. – Мы снова их сюда привезем и запустим процесс.

– Я сказала – нет, – отрезала Линда. – Феникс не дойдет до следующего помещения, так как я установлю здесь ловушку. Как только феникс разгорится праведным гневом, мышеловка захлопнется и заблокирует его силы.

– Что-то ты темнишь, дорогуша, – прищурился Аполло и хотел было вытащить оружие, как Линда каким-то невероятным образом опередила и уже спустя секунду у ее ног оседал мужчина неписанной красоты с разорванной грудной клеткой, из которой Линда невозмутимо вынимала сердце.

– В этом ты не ошибся, дорогой Пол, ты не ошибся.

– Я тебе этого не прощу... – прохрипел он, царапая ее руку, после чего грохнулся на пол и захрипел в попытке вдохнуть последний глоток воздуха, но ему это не удалось и маска невыразимого ужаса так и застыла на его посеревшем лице.

– Мне на это глубоко наплевать, – отозвалась Линда.

Она поместила сердце в контейнер, оттерла свою когтистую руку о костюм Пола и задумчиво посмотрела на дверь.

– Что ж, феникс, посмотрим, кто твой сообщник на этот раз, – обратилась она к невидимому собеседнику. – Ты нам опять все карты спутал. В прошлый раз вы взорвали корабль, сорвав план Ордена подсунуть испорченный товар Высшим. А в этот раз, что будет? Иди, иди сюда, феникс, здесь тебя ожидает лакомый кусочек, – голосом мультяшной лисы пропела Линда, отступая в нишу и растворяясь в ее темноте.

Вскоре послышались шаги. Двери распахнулись и в помещение вошли Митя с Купавой и профессор с Ксенией.

– О, Господи! – вскрикнула Ксения, прижавшись к Игорю, когда увидела мертвые, богато одетые тела людей, что покоились на ложах. Недалеко от знатных трупов лежал на полу и свеженький труп молодого красавца, лицо которого не просто напоминало маску, но и было таковым.

– Это мой отец, – прошептала пораженная Купава, но почему-то не подошла к нему. Она так и осталась стоять, и смесь разнообразных чувств – от детской привязанности, нежности и надежд до ненависти и безрассудного страха – окрасила ее лик.

Заметив это, Митя прижал девушку к себе.

– Кто это? – спросила Ксения, указав дрожащим пальцем на трупы людей.

– Ты разве не узнаешь? – холодно отозвалась Купава. – Подойди ближе. Это же все ваши известные личности.

Ксения опасливо подошла к одному из тел.

Тело женщины выглядело так, словно она умерла не далее как минуту назад. Ее наряд и драгоценности говорили о несомненной знатности дамы. Ткань даже не выцвела, не покрылась пылью, как и идеальная прическа. Труп лежал на боку, будто женщина просто прилегла отдохнуть, но вместо этого заснула беспробудным сном.