– В этот раз всё будет иначе! Пришло время Последнего Огня. Ты сам это знаешь. Планета умерла, как и все остальные, которые были выпиты, изуродованы и кибернетизированы. А это означает, что Великий Змей обязан уничтожить все миры, очистить Всё. Те, кто Чист – возродятся в иных мирах при Свете Дня. Серые же возродиться не в состоянии. Поэтому они планируют обмануть Змея.
– Зачем тогда ты хочешь оставить Чистых в этом мире? Зачем мешаешь мне?
– Затем, что у нас имеется последний шанс оживить планету. Если удастся, тогда все остальные миры тоже восстановятся. Нет ничего необратимого. Мы можем запустить обратный процесс! Если Вселенная получит сигнал о борьбе сил Света и Тьмы; если от нас пойдет не поддельный, а аналоговый сигнал о высшей несправедливости, о нарушениях всех законов мироздания; если одновременно с этим мы подадим знак о существовании тех, кто сражается, тогда нас не поглотит Огонь Самвартаки, а лишь огонь, очищающий тело планеты от болезней и паразитов. Восстановив Землю, мы пойдем дальше, мы поборем эту Серую плесень!
Тимур скептически и с жалостью посмотрел на белого дракона.
– Сколько было наших, которые пытались побороть эту болезнь? Сколько было сожжено и захвачено, замучено и изуродовано? Где сейчас наши братья, где наши сестры? Тех, кто выжил, превратили в доноров, поддерживающих всю эту Систему. По принципу: «раз вы так любите Свет, так и давайте его! Непрерывно, для поддержания Жизни, для выработки энергии». Бездушные твари извращают всё, до чего добираются их мерзкие серые руки, а ты хочешь, чтобы я смирился с подобным положением дел?!
– Нет! – с жаром выпалил белый дракон. – Я тоже страдаю из-за этого! Но... каждый чем-то жертвует.
– Не слишком ли много жертв? И вообще, почему они должны осуществляться, эти жертвоприношения? Даже во имя добра и справедливости не должно быть никаких жертв!
– Тем, что ты заберёшь Чистых в логово, ты не поможешь всем остальным! – еще ярче вспыхнул белый дракон.
– Я хоть что-то делаю в отличие от тебя, который только и пытается, что всех вразумить и наставить на путь истинный!
– Что?! Что я, по-твоему, не так делаю?! – вспылил белый дракон. – В чем ты меня обвиняешь: в том, что я не сжигаю всяких уродов, теша своё самолюбие, а пытаюсь показать на собственном примере, что гораздо приятней жить, не нарушая законов Природы и всего Мироздания?
– Ну вот, – устало вздохнул Тимур, – началось. Опять спорим и переходим на личности.
Он оглянулся на существ, которые еще минуту назад считались людьми. Все они поднимались с земли и кто с интересом, а кто со страхом рассматривали окружение и свои тела.
– Что с нами? – хрипло поинтересовалась химера. В ее перепуганных глазах стоял неприкрытый ужас.
– Объясни им, у тебя это лучше получится, пацифист.
Белый дракон обошел красно-медного собрата и приблизился к Чистым хомо.
Заглянув каждому из них в душу, он буквально стёр все их страхи и неуверенность, всё беспокойство и панику, а затем произнес:
– Не бойтесь! Это всего лишь ваши истинные ипостаси. Человеческие тела служили вам тюремной робой, одинаковой камерой, в которой прятали ваши ипостаси, а группа крови воистину служила порядковым номером. Теперь всё изменилось. Из-за перераспределения мощностей планеты энергии на поддержание Иллюзии не хватает, поэтому барьер отключается, снимается блокировка с мозга и вы начинаете «прозревать», видеть то, что было скрыто и не читалось мозгом, не декодировалось. Это было ожидаемо, поэтому вас предупреждали заранее: «...мы все не умрем, но все мы изменимся, во мгновение ока, когда прозвучит последняя труба. Ибо труба прозвучит, и мертвые восстанут нетленными, а остальные преобразятся».* И вы, читая когда-то эти и другие подобные строки, давали немое согласие, будто подписывали незримый договор. Точно так, смотря фильмы и играя в игры с диспропорциональными персонажами, вы давали согласие на следующее воплощение в подобном анимированном мире.
Сказав это, он снова сделался человеком, даже сотворив себе из мыслеформы прежнюю и чистую одежду. Священник дал знак, после чего все чудища, что стояли перед ним, также преобразились обратно, принимая человеческие обличья. Сильно дивились они своим навыкам, рассматривая богатырские тела, одетые в сверкающие, но едва заметные доспехи воинов.