Главных Ордена было три — Chanel, Dolce&Gabbana и Versace. Равных им по силе просто не существовало. Представители этих Орденов и относящихся к ним церковных приходов образовали в Государственной Думе три крыла. Раз в год проводились выборы. Им предшествовали предвыборные модные показы коллекций следующего сезона — Haute couture. Население России внимательно следила за предвыборной агитацией, а потом выбирала ту политическую партию, коллекция которой приглянулась им более всего. Основной модный тренд победившей на выборах партии был обязателен для всех и каждого. Например, после победы девять месяцев тому назад политической партии Chanel, основным трендом коллекции которого была клетка, все население России было обязано ежедневно надевать на себя клетчатые вещи в течение всего года. Хотя бы что-то одно. Полиция Моды следила за этим очень тщательно. Коллекции повседневной одежды носили название Pret-a-porter.
У каждого из трех основных Брендов было по девять дружественных. У Chanel — Alexander McQueen, Celine, Christian Dior, Givenchy, Gucci, Nina Ricci, Puma, Valentino и Yves Saint Laurent.
У Dolce&Gabbana — Adidas, Armani, Fendi, Diane von Furstenberg, Escada, Ralph Lauren, MaxMara, Prada и Ungaro.
У Versace — Balenciaga, Cavalli, Jean Paul Gaultier, Hermes, Kenzo, Lanvin, Moschino, Nike и Oscar de la Renta.
Несоблюдение правил ношения одежды строго преследовалось по закону. Нарушителей могли даже выслать в страны второго, а то и третьего эшелона Моды. Каждый ребенок с детства лучше, чем таблицу умножения, знал к какой партии относится каждый Бренд, кто из них нейтральный, а кто нет. И кроме этих других Брендов в мире не существовало.
А тут такое немыслимое дело — модник, стильный образованный юноша надел ботинки из коллекции недружественного Бренда. О подобных преступлениях страна не слышала уже более пяти лет. Последний раз дело было очень громкое. В Москве объявился маньяк-антимодник. По ночам он подкарауливал свои жертвы, подкрадывался к ним сзади, усыплял снотворным газом, а затем, пока они были без сознания, надевал на них что-нибудь из одежды недружественного Бренда. Потерпевший, придя в себя, первым делом вызывал Службу Безопасности России. А когда те находили на нем предмет гардероба чужого Бренда, отправляли несчастного в тюрьму, не слушая объяснений. И только после третьего подобного случая забеспокоились всерьез. Маньяка ловили месяц. Все это время Москва была в панике. Люди боялись по вечерам выходить из дома, ночные клубы были на грани банкротства. Потом его все-таки взяли. Маньяком оказался психически неуравновешенный юноша откуда-то из региона, который нелегально приехал в Москву.
Камиллу просто лихорадило. Что же делать? Сообщить в Полицию Моды, в Совет Безопасности России? Но сначала все-таки стоит все подробно проверить.
— Донна, запроси, пожалуйста, в Министерстве сплетен для меня информацию на… — она посмотрела записи дела. — Сержа Костина. Мне нужны данные его фэшн-кредита на день драки. И обязательно проверь не заходил ли он в течение дня домой переодеться, — Камилла в задумчивости потерла виски. — Да, еще мне нужна информация с его кредитки. Не совершал ли он в течение этого дня какие-либо покупки.
— Если Вы задержитесь еще хотя бы на тридцать минут, то опоздаете не на приличные десять минут, а на все пятнадцать. И платье пока не выбрали, — сварливым тоном сказала Донна.
— Ладно, закончили. О работе больше ни слова. Уговорила.
— Сегодня больше ни слова. У Вас еще список кандидатов, присланный Комиссией по имиджу, не просмотрен, — напомнила машина.
— Преподобная Донателла, чуть не забыла! — воскликнула Камилла. — Вернусь, перед сном займемся этим вопросом.
Через двадцать минут, облаченная в струящееся серебристое платье Versace, босоножки из искусственной кожи под змею на пробковой подошве Jimmy Choo и шаль из теплого искусственного кашемира в серо-белую клетку от Дениса Симачева, Камилла покинула свою квартиру. Спустилась на первый этаж небоскреба, села в присланную за ней служебную машину для вечерних разъездов по вечеринкам и отправилась выполнять рекомендованную на вечер программу.