- Мне не хотелось жить, - Ирина всхлипнула. - Хотелось броситься под поезд. Или под машину, чтобы погибнуть, как мама. И однажды я почти решилась. Вышла ночью на трассу, и бросилась под такси. Но водитель успел затормозить. А в машине был ты.
- И почему только ты не сказала мне раньше…
- Ты стал моим спасением. Светом среди поглотившей меня темноты. И даже сейчас я по-прежнему задыхаюсь, думая об этом городе. Красивом, словно невеста на свадьбе. И в то же время жестоком. Отнимающим жизни. Я не знаю, смогу ли я вновь ступить на его улицы.
Равнодушный голос из динамика произнёс мерным речетативом:
- Закончилась посадка на самолёт рейсом 486 «Лондон - Мехико». Ирина вздрогнула, будто выныривая из кошмарного сна.
- Ты опоздал… - шепнула она.
- Может это и к лучшему, - произнёс мужчина. – Завтра в Москву, а сегодня… Сегодня я нужен тебе, my eternal love...
Огромная белая птица, завершив земной путь, оторвалась от земли и взметнулась вверх. Супруги, не сговариваясь, проводили её глазами. Мелькая среди рваных перистых облаков, она уменьшалась в размерах, превратилась в серую точку и исчезла на горизонте.
Лондон, 19 июня, 0.55[v2] .
Клянусь рассветом
И десятью ночами…
Боль в спине пронзала насквозь, словно в позвоночник втыкали раскалённый железный штырь. Вдох… Задержать дыхание. Выдержать «руку» – поясной поклон, преодолевая надсадное, свербящее в каждом нерве, колотьё. Согнувшись и вцепившись в колени ладонями, она на мгновение замерла.
- Хвала Господу нашему Великому…
Теперь распрямиться и не упасть, пошатнувшись на навсегда онемевших непослушных ногах. Спину жжёт, будто пламя липнет, подобно напалму. Проникает в каждую клетку. В каждую мышцу. Пусть будет так. Это искупление. Милость Всевышнего. Лучше, чем огонь ада.
Взгляд, оторвавшись от вышитого на коврике силуэта Запретной Мечети, взметнулся в заоконье. Прозрачное летнее небо - будто подсвеченное изнутри, и миллиарды мелких, рассыпанных среди голубизны звёзд. «Мы украсили ближайшее небо светильниками…»
- Аллах Велик… Прощающий, милосердный. Он назначил ей кару в этой жизни, а значит – может простить.
Пошатнулась. С трудом удерживая равновесие, опустилась в земном поклоне, упершись кистями в рук в мягкую ткань ковра.
- Аллаху Акбару…
За спиной тихо скрипнула дверь. Женский вздох, вновь скрип и опять тишина… Закончив молитву, она взяла в руки Коран и погрузилась в чтение.
Примечание
«Клянусь рассветом… И десятью ночами…» - сура «Рассвет»,
«Мы украсили ближайшее небо светильниками…» - сура «Власть»
[v1]Лондон Хитроу
[v2]Айша
Глава 6. Встреча. Прощание
Шихалиев сосредоточенно рассматривал приёмную, всё ещё хранившую дух старой совдеповской номенклатуры. Мягкие кожаные диваны, тяжёлый дубовый стол, за которым восседала утопавшая в кресле худенькая миловидная брюнетка с причёской-каре. Секретарша. Наверное, лет тридцать-тридцать пять. Чёрный жакет, белая рубашка. И это при двадцати восьми, когда даже МУРовские дивы отступают от принятого дресс-кода. Аккуратные серёжки-колечки. Спокойная улыбка на кукольном личике. Косметики – минимум. Стиль наверняка скорее старый, тороповский. Маникюр неяркий.
- Кофе? – на мгновение оторвавшись от компьютера, брюнетка приветливо-равнодушно кивнула Шихалиеву.
- Нет, спасибо.
Закончив с секретаршей, Шихалиев взглянул на сидевшую напротив пару. Мужчина лет шестидесяти пяти, с улыбчивым морщинистым лицом, переходящим в висящие под щёками брыли. Серые прищуренные глаза в сеточке морщин. Про такие говорят «лучистые». Лысоват и седоват – как положено по возрасту. Костюм дорогой, но выглядит помятым. Рядом – брюнетка лет сорока пяти в чёрной юбке в пол и чёрной блузке. Под глазами тёмные круги. Оба перелистывают папки с документами и перешёптываются, бросая нервные взгляды на закрытую начальственную дверь.
Шихалиев задумался. Дело Торопова поначалу казалось вполне рядовым. Влажное от дождя покрытие, перекрёсток, где вот уж десять лет беспрестанно происходят аварии. Неработающий светофор и заклеенные кем-то дорожные указатели. Халатность или злой умысел? Но следы колёс подтверждали – избежать столкновения было невозможно. Обычное ДТП, каких много происходит на московских дорогах. Правда, выработанная с годами интуиция упорно твердила обратное. Так всё же – ДТП или убийство? И если убийство, то кто? Иванов – это слишком просто…