Шихалиев медленно спускался вниз. Девять ступеней до лифта. У пятой выбоина, там же искривились, отойдя от железной основы, синие пластиковые перила. Это было всегда. С того самого момента, как они с Самирой переехали в эту квартиру в декабре девяносто четвёртого. Самира в те годы была весёлой хохотушкой с филфака, а он… В сердце неприятно кольнуло. Рука невольно потянулась к пачке «Мальборо». Вытащив сигарету, повертел в руках и сунул обратно. Самира никогда ничего от него не скрывала. Даже самой, казалось бы, незначительной подробности. Цвет платья главреда, новая машина очередного постоянного автора. Подробности каждой командировки – разговор на ресепшене в гостинице, номер – в деталях, с красивыми фотками, выставки и переговоры – до мелочей. Ей нравилось делиться с ним своей жизнью – яркой и столь не похожей на мрачноватую житуху мента с её грубоватыми шутками, курилками, невзирая на начальственные запреты, погонями и кровью. А ещё - размышлениями о грязной изнанке человеческого бытия. О тонкости грани между добродетельным и порочном, лёгкости перехода от жизни благополучной и благостной - к преступлению. Всего шаг, и уважаемая в высоком обществе супруга в нанимает убийцу. Едва заметное движение души, и завсегдатай церковных служб возводит клевету на коллегу, сообщая прессе о якобы похищенных им миллиардах. И вот уже невиновный… Или всё же виновный, но не в этом, а в чём-то другом? В том, например, что когда-то соблазнил и бросил соседскую девчонку. А может, давно, в самом начале пути, предал лучшего друга? Сделав круг, мысль вернулась к Самире. В последние два месяца она стала более замкнутой. Сосредоточенной на чём-то своём. А может… Ревность царапнула острыми коготками, но Шихалиев отогнал от себя невольно закравшуюся в сознание мысль. Нет. Не может быть. Она не способна.
Вибрация мобильника прервала внутренний диалог. На экране высветился номер начальника УГРО.
- Приветствую, Амирджан! – хрипло пробасил шеф. – Кончай п….
Шихалиев поморщился. Начальственная нецензурная брань заставляла его испытывать брезгливый дискомфорт. Будто вид человеческих экскрементов на рабочем столе. Или наполненная уриной кофейная кружка.
- То же мне, интеллигент ср… - продолжил свою тираду гневный голос шефа. – Закрывай дело, и …
Шихалиев сглотнул. Вытащил зажигалку, поджёг сигарету и затянулся, давясь терпким дымком. Раздражение понемногу отступало, уступая место безразличию.
- Не могу, Николай Павлович, – как можно более сдержано возразил он, усмиряя некстати накатившееся раздражение. - По инструкции положено…
- Да засунь ты эту инструкцию сам знаешь куда. Азерами займись. А то мне миграционщики все мозги…. У них по выдворениям полный п…
- Но…
- Никаких но. Это приказ. Кончай дурить, закрывай дело и занимайся азерами. Или у тебя с земляками свои счёты?
В трубке нервно запикал гудок. Это было уже не намёком – прямой угрозой. Странно. Почему шеф против? А может, у самого него паранойя, и он подозревает всех – Иванова, собственного начальника, первого встречного? И даже верную ему и любящую жену.
- Дорофеев, на выход, - голос непосредственного начальника по громкой связи заставил Игоря вздрогнуть. – Для тебя поручение от генерального.
Сосед справа, Ромка Ясецкий завистливо покосился на недвижно висящий на экране график. Ещё бы. От самого генерального, значит. Теперь весь отдел будет судачить. Будто не мужики, а бабы. Да уж, подфартило. Договорился Васильев, ушлый лис. Знает, что никто не проверит.
- Пять минут на сборы! – продолжил вещать из динамика начальственный голос.
Игоря вдруг охватило ощущение собственной важности. Он нужен руководству. А значит, карьерный взлёт обеспечен. И насколько крутым он будет, зависит лишь от него.
Игорь с трудом сдержал нахлынувшее на него желание тотчас же вскочить с места и ринуться к выходу.
Поднялся с места – степенно, мысленно смакуя каждое движение. Взял папку, органайзер, затем вынул из компа флэшь и сунул в карман и, развернувшись, направился к выходу. Пройдя по коридору – деловито и значительно, с долей высокомерия оглядывая столь знакомые ему коридоры, добрался до лифтовой площадки и, приосанившись и перехватив папку, остановился перед железной дверью.
Ждать пришлось недолго. Пара секунд, и лифт открыл двери, выпустив из чрева трёх молодых менеджеров. Парни отчаянно спорили о чём-то, размахивая руками. Игорь взглянул на них – свысока, через плечо, словно на выбежавших из ворот детского сада недоростков, и направился внутрь, с удовлетворением взирая на собственное отражение в зеркале. Подтянутый, деловой, серьёзный. В добротном костюме из хорошего магазина. Сдержан. Вдумчив. Не суетлив. Идеальный кандидат на повышение. Улыбнувшись собственным мыслям, нажал кнопку «2».