А здесь еще кое кто дышал на полу, кто-то, кого можно было спасти. Но это не моя работа.
Я повернулся, и собрался идти к выходу, как моргнув, случайно увидел оранжевый проблеск.
Что?
Я повернулся в сторону блика и посмотрел. Так и есть, у входа в кухню лежала молодая девушка в спецформе.
— Опа! Мой формат! — пожав плечами, я вальяжно пошел к ней. — Не пропадать же добру.
Сияние девушки становилось все тише. Она умирает. Нужно поспешить. Быстрыми прыжками, я добрался до нее. Позади меня упало что-то тяжелое объятое пламенем, задев мой пиджак.
Выругавшись, я быстро его скинул и откинул подальше. Здесь сработать не получится. Схватив девушку и перекинув ее через плечо, я прошел на кухню.
Здесь было пусто, лишь разбросанные по полу приборы, овощи, разные блюда.
Краем глаза я заметил, как ее свет стал еще тусклее.
— Ну уж нет, ты будешь моя!
Я опустил ее на разделочный стол и сорвал себя рубашку. Подбежав к раковине, смочил ее водой и набросил на голову девушке.
Помещение заволокло дымом.
— Вот гадость!
Осмотревшись, я увидел под самым потолком небольшое окно. Схватив сковородку с плиты, я запрыгнул на стол, и с размаху разбил двойное стекло. Решетка!
Кухня тут в подвальном помещении, понятно, почему окно высоко. Схватившись руками за железные прутья, я силой выдернул решетку вместе с осколками кирпичей и бетона.
Отлично, пролезем.
Мне пришлось постараться, чтобы в дыму отыскать тело девушки. Снова взвалив ее на плечи, и вскочив на стол, я протолкнул ее через оконный проем и вслед за ней стал выбираться отсюда. Я выскользнул из проема на улицу, можно даже сказать грациозно.
Бережно взяв девушку на руки, я постарался отойти подальше от пылающего здания.
Девушка излучала едва заметное свечение. Но оно больше не угасало, свежий воздух, если его можно назвать таковым в городских условиях, приводил ее в чувство. Сквозь какие то кусты я пробрался к дороге. Меня ослепил свет фар и оглушил визг тормозов.
Зажмурившись, я не понимал, что происходит.
У меня резко выхватили девушку из рук, самого взяли под локти и куда-то поволокли.
Встряхнув головой, я уже осознавал, что меня затаскивают в газель скорой помощи.
Захлопнулись двери. Мне пережали руку выше локтя, почти сразу же в вену воткнули иголку.
— Я в порядке! — вот так весело. Что ж, девушке повезло.
— У нее интоксикация! Кислородную маску!
Врач зажал мне руку ваткой и согнул локоть.
— Состояние стабильно! Давление понижено, пульс слабый, но умеренный. Выкарабкается. Давай ее в третью городскую!
— Ты герой! — хлопнул меня по плечу врач. — Как тебе это удалось?
— Через окно, — я пожал плечами. — Пришлось выдернуть решетку.
— В состоянии шока и при ударной дозе адреналина люди еще и не то вытворяют.
Я лишь усмехнулся.
Кончики пальцев начало покалывать. Это уже плохо. Значит, я скоро исчезну. Моя ночь подошла к концу. Я сунул руку в карман брюк и благоговейно сжал свой хрустальный шарик.
— Ты знаешь ее? — спросил меня фельдшер.
— Нет, — я помотал головой и впервые взглянул в ее лицо. В горле встал комок. Там, среди дыма и отблесков пламени я не смог рассмотреть ее лица, да и не пытался. А сейчас…
— Это же наша студентка! — воскликнул врач. — Судя по форме, подрабатывала в этом клубе. Обучение сейчас не дешевое.
— Ты… — вырвалось у меня.
В ней я узнал ту, которую я спас, когда она прыгала с моста, и когда ее чуть не изнасиловали в парке.
Воспоминания стрелой промчались в моей голове.
Стремительный поток мыслей и образов прервало прикосновение.
Чуть придя в себя. Она смотрела на меня и взяла мою руку. В ней было так мало сил.
Противясь этому чувству, я все же сжал ее руку. В душе даже зажглось слабое желание ей помочь. Я отогнал от себя прочь эти мысли, уверяя себя в том, что я все что мог для нее уже сделал, и даже больше.
Свободной рукой она попыталась снять кислородную маску, и чуть приоткрыв ее, прошептала тихим сдавленным голосом:
— Мой ангел…
Машина остановилась. Двери отворились, и ее вывезли на носилках, снова надев на нее маску.
— Двигаться можешь? — спросил меня врач, выскакивая вслед за фельдшером из машины.
— Конечно.