Почувствовав мою отстраненность, она остановилась, и, положив голову мне на грудь, широко улыбнулась.
— Ты лучшее, что было в моей жизни, — прошептала она, закрывая глаза и обнимая меня. — Это ведь навсегда?
Я снова не знал, что ей ответить. Я просто хотел быть рядом с ней.
— Если бы мы встретились раньше… — только и смог сказать я, перебирая ее вьющиеся локоны.
— Ты когда-нибудь кого-нибудь любил? — спросила Настя, садясь на меня сверху, и положив руки мне на грудь. Ее волосы водопадом спадали с лица, струились по изгибам ее рук, и почти ниспадали на мое тело. Я любовался ею. Ее шикарными волосами, красивым лицом, яркими глазами, нежным голосом, бархатом ее кожи.
— Я думал, что любил, но, наверное, нет.
— Думал, что любил? Это как? Когда любишь, об этом не думаешь, это чувствуешь.
Я приподнялся и нежно обнял девушку. Настя обхватила меня за голову и ворошила мои волосы.
— Потому что я наконец-то понял, что это за чувство. А то, что было раньше, это была не любовь. А всего лишь жалость к себе, чувство обиды, приправленной горстью страсти и вожделения. Коктейль низменных страстей, которые я отчаянно выдавал за любовь.
— И что это была за девушка?
— Этот человек для меня мертв. Хоть я и вижу его призрак каждые пять минут до полуночи. Понимаешь, я был настолько глуп, что совершил один очень плохой поступок.
Настя еще крепче сжала меня в объятьях.
— Что бы ты мне сейчас не рассказал, знай, я всегда поддержу тебя, — она обхватила мое лицо руками и заглянув в глаза, наклонилась и поцеловала, давая мне время собраться с мыслями, чтобы решить, хочу ли я продолжить.
— Я думал, что я любил. Я думал, что моя любовь это самое сильное, и самое возвышенное чувство на свете. Верил, что на этих отношениях сошелся весь свет. Но мы не могли быть вместе. Мы настолько не подходили друг к другу… Постоянно причиняя друг другу боль. А я всегда хотел идти до конца, верил, что все смогу преодолеть. Бил себя кулаком в грудь, и верил в свое собственное понимание любви. Она поняла это раньше меня. Поняла, что мы не можем быть вместе не причиняя друг другу нестерпимую боль. А я… Я не смог пережить это и в один день закончилась моя жизнь…
— Ты уехал в другой город? — тихо спросила девушка.
Я усмехнулся.
— Я прыгнул с крыши.
Девушка громко ахнула и закрыла в ужасе рот руками.
— А потом началась моя новая жизнь.
Освободившись от девушки, я встал, и, сунув руки в карман брюк, посмотрел вверх на луну.
— Я вступил на ужасную тропу. И мне нет пути назад. Я и не хотел его. Это слепое чувство сожгло меня изнутри.
Закрыв глаза, я прислушивался к биению своего сердца. Очень скоро услышал, как Настя встала позади меня, неровно дыша мне в спину, и облокотила голову об мою спину.
— А сейчас, — я повернулся к девушке и взял ее за руки. — Ты перевернула мою жизнь. Я думал, что в этом темном тоннеле не будет ни конца, ни края, но увидел свет. И я благодарен тебе за все. Ведь ты открыла мне глаза, излечила мою душу.
Девушка со слезами на глазах смотрела на меня не в силах вымолвить ни слова.
— Я люблю тебя… — наконец решился я произнести эти три слова. Сердце гулко забилось. Это было жутко страшно. Но я уже почувствовал, как стало легче.
— Я тоже люблю тебя.
Мы обнялись и очень долго стояли молча. За нас все говорили наши бешено бьющиеся сердца.
— Я счастлива… — наконец тихо произнесла Настя.
Мы еще какое-то время простояли глубоко в поле под светом звезд и тенью луны. Затем в моем сознании стрелой пронеслась мысль, что мое время истекает.
— Нам пора. Скоро рассвет, — сказал я, отпуская объятья и отходя к машине.
Девушка присела и стала собирать вещи. Остановившись, она сказала:
— Я так мечтаю встретить с тобой хотя бы один рассвет, а ты всегда исчезаешь, не дожидаясь его.
— Прости, но я не могу, — я развел руками и сел в машину.
Когда мы уже выехали на дорогу, я спросил у нее:
— Почему ты такая грустная?
— Прости…
— За что?
— Ты столько раз спасал мне жизнь, а когда тебе нужна была помощь, меня не было рядом. Я тоже хочу стать твоим ангелом-хранителем. Я обещаю, — девушка решительно посмотрела мне в глаза и схватила за руку, — что отныне я буду хранить тебя.
— Ты лучше себя береги, — ответил я, улыбаясь, — а то ты вечно находишь всякие приключения.
— Знаешь, ты такой загадочный и таинственный, но сегодня, между нами очень сильно сократилась эта огромная пропасть. И я очень рада этому.