— Это не волна, а полное цунами! — хитро прищурив глаза, хохотнул Олег Петрович. — С десятиэтажный дом!
— Контрабанда таллия идет лишь одним из эпизодов по уголовному делу, возбужденному против Слуцкого. И я бы не стал утверждать, что это самое тяжкое преступление, которое вменяется отставному генералу. Практически есть признание Слуцкого в организации этой акции. Но посчитают ли в суде аудиозаписи существенными уликами? Мы в полном объеме представили следствию подслушку вашей разборки с Роткевичем в кабинете у Слуцкого. Мельников сумел воткнуть «жучок» в генеральские апартаменты во время приема поздравления по случаю победы на турнире. Но как пойдет следствие — одному Богу известно. Или черту… Адвокаты налетят с криками, что прослушивание совершено незаконно, а потом вдруг кассета размагнитится нас все бывает.
— Все продается, все покупается, — кисло прокомментировал слова Сергея Олег Петрович. — Сволочи, одним словом!
— Главное в другом, — задумчиво сказал Салтыков. — Обвинение Слуцкого в пособничестве террористам сняло с него табу неприкосновенности. Слишком тяжелая статья и самая муссируемая и в России, и за рубежом. От генерала в один миг отвернулись все, кто его прикрывал во властных структурах. Слуцкий пользовался поддержкой старой кремлевской команды и сам ее поддерживал не словом, но делом. Поэтому его до поры до времени не трогали. Хотя зубы точили уже давно и на него, и на фонд.
— Поддерживал делом кремлевских? — удивился Вадим. — Президент какого-то фонда ветеранов?
— А дело-то пахло дензнаками, — наставительно поднял палец Олег Петрович. — Причем огромными. В обороте фонда ходили сотни миллионов долларов. По скромным прикидкам…
— А откуда он их брал? — изумился Вадим. — С боев без правил? Зарабатывал на тотализаторе?
— Если бы, — криво усмехнулся Сергей. — Ветеранский фонд, который возглавлял Слуцкий, по существу, являлся ментовским «общаком». В него сливался определенный процент с доходов милицейских чинов со всей России. Естественно, снимали его не с зарплат участковых и постовых, а с преступных денег, добытых, как правило, с крышевания бизнеса.
— А как это можно просчитать? — изумился Вадим. — Сколько должны были отстегивать в фонд, к примеру, с какой-нибудь Виленской губернии или полуострова Таймыр?
— Дело ставилось более десятка лет. Еще со времен, когда Слуцкий ходил при погонах и власти в должности заместителя министра внутренних дел. Сначала он подмял под себя Москву, а потом потихоньку и регионы. Высшие милицейские должности просто покупались или на них назначались те, кто клятвенно обещал рассчитаться за высокие посты. И это помимо дани, которой они облагались в соответствии с престижностью области и ее экономическим состоянием. В фонде Слуцкого был создан особый аналитический отдел. Специалисты просчитывали, какую сумму должен внести в фонд каждый регион. Собственно, к концу девяностых годов такие схемы были налажены во всех структурах власти. Оброчные деньги текли по отлаженным каналам от главы сельсовета, района и начальника районного ОБЭПа до соответствующих областных кабинетов и далее — в столицу.
— Реальная вертикаль власти, которую строят, да никак не построят, — хмуро подытожил Олег Петрович.
— Работала она по «фондовским» каналам до недавнего времени без перебоев. Но старая кремлевская команда стала потихоньку сдавать позиции, и кое-кто из вассалов почувствовал слабину. Некоторые цепочки переориентировали на новые кабинеты, и Слуцкий был не в силах помешать — уже не те возможности, не те люди у «вертушки». А кое-кто попытался спрыгнуть с паровоза. Их, правда, в назидание другим «слили» внутренней безопасности МВД. Дали «добро» или «фас» — это кому какое определение больше нравится. Пресловутые муровские «оборотни в погонах» с генералом из МЧС как раз по этой теме и попали под каток. Платили свой процент долго и исправно, но потом почувствовали себя великими и перестали отстегивать в фонд. Итог хорошо известен. И новые «кремлевцы» не помешали в акте «справедливого» возмездия. Их урок — другим наука…
— На фонд Слуцкого давно точили зубы, но не знали, как к нему подступиться, — вмешался Олег Петрович. — А тут ты им подарок преподнес на блюдечке. Расстрельная статья — «пособничество терроризму». Уже сейчас за фонд такая драчка началась! К выборам загодя готовятся…
— Акела промахнулся, — задумчиво сказал Вадим. — Но зачем Слуцкому было ввязываться в операцию с таллием? Его фонд крутил такие огромные деньги.