Хватаю руками ее за плечи, чтобы отстранить, но холодный метал проходится по моему
сердцу словно нож, режа по-живому, когда она начинает говорить:
- Простите, простите, пожалуйста, я не хотела, просто... - и замолкает. Чувствую, как она
напрягается. Опускаю взгляд, не веря своим глазам, ощущениям, рукам, в которых держу
своего ангела. Она стоит, затаив дыхание, как и я. Окаменела. Никто из нас не был готов к
встрече сегодня. Сейчас.
- Пусти... - надломленным осипшим голосом произносит такое короткое слово. А я как
параноик желаю услышать ещё хоть одно слово, хоть что-нибудь. Лишь бы не молчала. Я
так скучал по ее нежному голосу, который врывался в память настолько часто, что
становилось невыносимо. Готов был бросить все на хрен и прийти к ней. Только бы
услышать ее. Пусть кричит, ругается, орет, но только не молчит. Я скучал по ней, сильно, безумно. Но только сейчас осознал насколько. Продолжаю удерживать Ярославу, боюсь
выпустить. Она упорхнёт словно видение, мираж. Хочу насладиться этим мгновением, теплотой нежной и бархатной кожи, крышесносящим запахом, близостью столь
желанного тела.
- Пожалуйста... - врываются ее слова в сознание и словно выстрел оглушают. Дрожь
проходит по ее телу, чувствую, как она сдерживает себя, чтобы не расплакаться. Моя
маленькая девочка. Я только сейчас после всей открывшейся правды понимаю как сложно
ей было начать новые отношения. И какую нестерпимую боль причинил котёнку, когда
поддался соблазну этой шлюхи. Ослабеваю хватку, но до конца не выпускаю. Она,
чувствуя, как спало напряжение моих рук, резко отстраняется. Отходит назад. Взгляд в
пол. Руки скрещены на уровне живота. Пальцы в нервом жесте крутят кольцо на среднем
пальце. Пытается этим скрыть дрожь и нервозность. Смотрю на часто вздымающуюся
грудь, волосы спадают на лицо, закрывая, пряча от меня желанное. Хочу взглянуть на неё, глаза в глаза. Увидеть хоть каплю надежды, которая вдруг ожила во мне. Делаю шаг, затем ещё один, вплотную становлюсь.
- Ярослава? - молчит. - Котенок?
- Не называй меня... больше так... никогда, - громче прежнего произносит, все еще не
поднимая на меня глаз.
- Как ты?
- А лучше вообще... не разговаривай со мной! - прибавляет силы голосу. - А знаешь... тебя
вовсе нет, это фантазия, плод моего больного воображения. Иллюзия! Туман! И ты сейчас
растворишься.
Хватается руками за голову, закрывает глаза и качает головой из стороны в сторону.
- Уходи... уходи, уходи, уходи..., - кричит срывающимся голосом, кромсая этим мою
душу.
Накрываю нежно своими руками ее, притягиваю к себе, она упирается кулачками в мою
грудь. Не выпускаю. Не могу. Хочу успокоить. Иначе это перерастёт в истерику. Но она
упорно не прекращает попыток освободиться, и кое-как ее руки оказываются внизу.
Пытается отстраниться, но все напрасно. И когда осознает это, то просто вытягивает руки, держа между нами расстояние. Неужели ей так противно и мерзко от моей близости, что
делает границу? Раньше она любила своими проворными пальчиками прикасаться ко мне, обводиться каждый мускул, очёркивать кубики пресса на животе, руках. Да везде, черт
возьми! Лишь бы чувствовать меня.
- Ясь, посмотри на меня? - с мольбой в голосе произношу, не ожидая, что она выполнит
мою просьбу. Но, котёнок была бы не котёнок, если бы не удивила меня. Поднимает
голову, вслед пушистые ресницы, и уже распахнутые, полные слез глаза смотрят на меня
безжизненно, пусто. И столько там боли, отчаяния - бездна!
- Отойди от меня... мне мерзко и противно... от твоих прикосновений! - вложив всю силу
и придав голосу немного грубости, отвечает мне. Отстраняюсь на пару шагов назад, не в
силах видеть горькие слезы, причина которых я. Готов просить, умолять, лишь бы не
плакала! Ведь я не стою слез. Не знаю, что говорить, душу рвёт в клочья. Только молчу, наслаждаясь её близостью. Я как наркоман - она стала моей зависимостью, от которой не
в силах излечиться. Да и желания нет. Вдыхаю едва уловимый запах её парфюма как
долгожданную дозу. Дозу счастья.
- Если ты насмотрелся, я пойду. Меня ждут! - чуть увереннее произносит, выводя меня из
транса.
Отходит от стены, но я не даю пройти. Цепляюсь мертвой хваткой за правое запястье, притягивая грубо к себе, как обезумевший пёс, сорвавшийся с цепи. После её реплики я
вспомнил где мы и как встретились, с кем она пришла.
- Вот и вся твоя любовь, да? А как сладко пела, словно соловей заливала! -
Молчит, сверлит взглядом, полным ненависти, затаив дыхание, а я продолжаю дальше: