стройки. Глушу двигатель, опять прикуриваю сигарету и иду на объект в поисках прораба.
Пинаю лакированными туфлями под ногами камни, ору на строителей, что не
укладываются в сроки, и если они не сдадут его ровно по графику, останутся без премии.
Мне не нужна плохая репутация, когда я вышел на мировой уровень.
- Марк Дмитриевич, вы меня искали?
- Искал, - скрипя зубами, тычу сметой в лицо Аркадия Семёновича, - что это такое?
Почему отгрузку перенесли на конец недели? Это простой, убытки, вы понимаете? - курю, подхожу к незастекленному окну, выбрасываю сигарету. Повсюду пыль от распилки
блоков. Шум болгарки заставляет кричать меня громче, донося всю суть работы. Прохожу
дальше, глядя на пролёт с третьего этажа на первый.
- Почему мрамор не застелен защитной плёнкой? - толкаю кирпич на лестницу, и он
отзывается глухим ударом. Ставлю ногу на ступень и спускаюсь, продолжая злиться, срываясь на простых рабочих. Поддеваю опять кирпич, ненавидя всех в этот момент, и
толкаю его. Меня трясёт от гнева. Я в бешенстве от ситуации, что не поддаётся мне от
совершенной ошибки.
- Марк Дмитриевич, - от шума инструментов не могу разобрать, кто кричит. Поправляю
каску на голове, поднимаю ногу на ступень, возвращаясь на прочное бетонное
перекрытие, как неожиданно опора уходит из-под ног.
ГЛАВА 24
Находясь в кругу родных и близких людей в эпицентре шумного веселья, мне совсем не
радостно. Грустно. Старалась заставить себя не думать о нашей встрече с Марком, но все
напрасно. Увидеть его в храме было неожиданно. Не стала сразу прятаться и убегать, отчаянно желая услышать ещё хоть раз греющее душу трепетное "люблю". Хочу верить
его словам. Сердце мечется, но разум не поддаётся. Не знаю, как жить после? Как
доверять и не бояться? А вдруг ещё раз предаст? Ведь я уже не одна, у меня будет дочь, как мне потом себя собирать? Страх преследует меня всегда. Мой незаменимый спутник в
жизни. Но вопреки всему люблю Марка. И мне это не нравится. Скучала по нему. Ждала.
Хотела видеть. А он не приходил. Где был все эти месяцы? Вопросы без ответа. Не смогла
их задать. Спорить с ним бесполезно, я просто развернулась и ушла, ибо моя выдержка
дала сбой, внутренняя сила, что заставляла спокойно выслушивать его сладкие речи и не
млеть, испарилась. Не знаю, как жила все это время без него, но когда увидела блеск в его
глазах, как он рассматривал меня, то все чувства вернулись и обострились. Дрожь
прошлась по телу так, что боясь своей реакции на него, прижала Артёмку ближе к себе, не
в силах отвести глаз. Марк всегда смотрит на меня по-особенному, что я не могу
спрятаться или опустить взгляд. Затягивает и манит в свои сети. Говорил сегодня так
убедительно, только все рано не могу поверить. Я слишком много отдала этим
отношениям, делала все для нас, не получая отдачи. Тепло, трепет, забота - все это было.
Но не было главного - его любви ко мне. Смирилась и с этим. Надеялась и ждала, что
обязательно отогрею ледяное сердце и вызову ответное чувство. Но все зря, впустую. Не
хочу наступать на те же грабли. Сколько можно? Зачем он опять возник в моей жизни!
Только все наладилось! Ни в коем случае не ограничу его общение с малышкой. После
родов пусть проводит дни напролёт с ней, если ему так хочется, но не со мной. Хватит
страданий, переживаний, я думаю только о ребёнке. Рубцы на сердце начинают
затягиваться прямо пропорционально увеличению объёма моего животика, где растёт
доченька. Она меня исцеляет. Ещё не родившись, дарит мне ощущение неземного счастья.
Не могу передать словами, что я испытываю, когда начинается бунт внутри меня, и
маленькая ножка пинает и не успокаивается, пока не почувствует тепло моей руки.
Затихает.
- Ты не устала? - мама стоит рядом и обеспокоенно заглядывает в глаза. После венчания
мы отправились в ресторан, и я стойко держусь, несмотря на боль в спине и слегка
отёкшие ноги, на протяжении дня.
- Да, - натянуто улыбаюсь, и мама обнимает меня.
- Скажу папе, чтобы тебя отвёз домой.
- Не надо, мамуль, Роман обещал меня забрать и поздравить нашу парочку, - целую ее и
обнимаю в ответ.
- А мы проснулись и не хотим мешать маме с папой, поэтому пришли к вам, - папа
подходит с Артемкой на руках. Забираю крепыша, целую и тискаю его. Улыбается в ответ
ангельской улыбкой. Пухлые ручки тянутся к моим волосам, но мама отводит их за спину.
Знаем мы, как он любит ухватиться и не отпустить, пока клок волос не останется в