растянувшейся улыбки появилась ямочка на правой щеке. Смотрит на меня с нежностью и
я отвечаю ему тем же. Но это не все. Надпись на баннере выведена яркими золотыми
буквами: "Ты любишь без меры, а я - без границ! Прости меня, любимая!"
Читаю и не замечаю, как слезы катятся по моим щекам. Я не верю, что он это сделал. Не
верю! Он так долго шёл к этому, с трудом смог даже себе признаться. А здесь на весь
город! Часто моргаю и смотрю уже назад, поворачиваясь, так как мы медленно движемся
вперёд, перечитываю слова. Всю оставшуюся дорогу думаю о Марке. Мысли сжирают
мое сознание. Как дался ему этот шаг? Это так не свойственно для него решиться на такое
откровение! И это все ради меня! Ради любви ко мне! И теперь знаю об этом не только я.
Ощущение безграничного счастья и радости наполняет меня, хочется смеяться. Чертовски
приятно, что Марк готов на все. Даже переступить через себя и кричать на каждом углу о
своих чувствах! Ведь баннеры встретились по дороге к работе не одни раз, а четыре! И где
ещё они красуются я не знаю, но судя по тому, что он всерьёз решил вернуть нас с
малышкой, то думаю по всему городу. Он не скупится, может с размахом.
Поднимаюсь в издательство, сразу прохожу к Смирновой, которая при виде меня светится
как новогодняя ёлка. Наверное видела в городе плакаты.
- Доброе утро, Машуль. Уже видела? - опускаю глаза, пряча улыбку.
- Да, видела. Это... это ... это нереально! Пять топовых и рейтинговых журналов! Я в шоке, Ясь. Ты ведь простила его? Простила? Вы вместе? - широко раскрыв глаза, смотрю на ее
восторженное лицо и скачущие эмоции.
- Какой журнал, Маш? - у меня прекрасное настроение, в голове мысли лишь о Марке, в
сердце любовь, на душе весна и я не понимаю, о каких изданиях идёт речь.
- Вот этот, - вытягивает на стол из ящика новый выпуск популярного глянца и открывает
разворот с той же фотографией, что и на рекламных щитах. - Сначала я увидела здесь, -
достаёт другой, - потом начала листать этот и обалдела, а потом ещё!
Очередной поток слез готов был вырваться наружу, но я его сдержала. События
сегодняшнего утра отпечатались и оставили в душе неизгладимый след от острых эмоций.
Хочу закрыть глаза и закричать, что есть силы, почувствовать то счастье, что мы
потеряли. Утратили от безрассудства. Ощутить свободу от павших оков, что держали мое
израненное сердце.
ГЛАВА 25
Марк
Третий день в ненавистной больнице. Стены давят. Голова трещит. Все тело болит от
"удачного" приземления на бетонную поверхность. Меня все достало. Бесит каждый
шорох и ропот персонала, что бегает как цирковые собаки на задних лапах. Смотрю в
окно на хмурое безжизненное утреннее небо. Гребаный дождь тарабанит как
обезумевший, оглушая до боли в висках своим шумом. Капли стекают по стеклу, омывая
его. А мне кажется, что это слезы моей маленькой ранимой девочки. Так плачет ее сердце.
Плачет из-за меня. Бл*ть! Сколько боли я ей причинил! Ведь все так хорошо было! Какого
хрена я все испортил своими руками! Протягиваю руку и провожу ладонью по окну,
следуя за каплями, стекающими вниз, прикасаюсь, пусть и мысленно, к ней. Я чувствую
ее. Знаю, что она сейчас так же не спит и смотрит на плачущее небо. И в этот миг мы
становимся ближе сквозь расстояние. Вновь. Чувствую ее нежность. Хочу испить до дна и
слепо утонуть в ней. Мой свет. Хочу всегда быть твоей тенью. Оберегать. Защищать.
Любить только тебя одну. Не могу дышать без тебя глубоко. Не знаю, за что мне такой
подарок от Бога, ведь я не сделал ничего хорошего, чтобы получить тебя в награду. Ты
подарила мне не только любовь, но и маленькое чудо, о котором я никогда даже не мечтал
и не задумывался. Видимо, кто-то сверху дал мне еще один шанс исправить свои косяки, раз я не разбился, упав с этой чертовой лестницы. Я постараюсь, моя девочка, доказать
тебе свою любовь, сделаю все возможное и невозможное, чтобы вернуть тебя и прожить
эту жизнь вместе.
- Марк Дмитриевич, - обращается ко мне лечащий врач, который пришёл на обход, -
доброе утро. Как вы себя чувствуете? - усаживается на стул рядом с кроватью и начинает
заполнять амбулаторную карту.
- Хреново, но лучше, чем вчера. Поэтому давай, Айболит, лечи меня своими
чудодейственными витаминами, хочу уже убраться отсюда, - стискиваю челюстью,
отхожу от окна и усаживаюсь на кровать. Правая нога болит, но терпимо. Тру пальцами
виски, пытаясь унять головную боль. Дождь шурует на улице так, что от звенящих капель