Зашибись! Я только что сходила к Винтермаркам. Но Дэвида так и не увидела. Зато тесно пообщалась с его старшим братом — по-моему, даже слишком тесно. Ну ладно, обо всем по порядку. Блин, пишу это, а буквы в дневнике так и скачут. Еще бы…
Как раз Эмиль открыл, когда я позвонила в дверь виллы Винтермарков, сжимая во вспотевшей руке листочек с планом презентации. Был парень в одних спортивных штанах и босиком. Он энергично растирал влажные волосы полотенцем — наверное, только что из душа вышел. Я чуть не зажмурилась от обилия мускулистой плоти на расстоянии вытянутой руки.
— О, соседка! Заходи, — просиял брат Монстрика, закидывая полотенце на широкие плечи и благоухая ментоловой свежестью.
Мой взгляд уткнулся в темные кустики волос под мышками, и я поспешно перевела глаза вглубь коридора. Блин, надеюсь, Эмиль не заметил, как я на него пялилась!
— Привет, а Дэвид дома? — от волнения я говорила так быстро, что слова наскакивали друг на друга. — Его сегодня в школе не было, вот я и принесла ему домашку. В смысле у нас общая презентация. В группе. Вот. — Я сунула Эмилю под нос уже основательно измятый листок.
— Воу, какая ты шустрая! — Парень сделал испуганные глаза, но тут же рассмеялся. — А мне это даже нравится. — Внезапно он шагнул вперед, почти коснувшись меня распаренным обнаженным торсом. — Придешь к Тобиасу на тусу?
— А… — у меня вдруг вылетело из головы, зачем я вообще туда приперлась, — разве девятый класс там будет?
— Обижаешь, Перчик. — Я вдруг поняла, почему меня раздражает улыбка Эмиля. В ней слишком много зубов. — Мы ж с Тобиасом в одной команде. Так ты придешь?
Блин, знала бы я, что он так прицепится!
— Меня зовут Чили, — поправила я Эмиля, подпустив в голос льда. — И я с Еппе, если что.
Сама бы никогда не подумала, что буду использовать этого идиота как прикрытие! Если честно, чем дальше, тем меньше мне хотелось идти на эту треклятую вечеринку.
— Еппе? — Густые ровные брови Эмиля взлетели к кромке темных волос. — Какой еще на фиг Еппе?
— Натуральный блондин, — заявила я, решительно сложив руки на груди, которую обшаривали Эмилевы зенки. — Так где там Дэвид? — Я качнулась в сторону и вытянула шею, пытаясь разглядеть, есть ли кто-то в гостиной, через ее открытую дверь.
— А Дэвид в подвале, — с готовностью сообщил один из близнецов, возникший в конце коридора, лепясь к дверному косяку. В руке он сжимал собранного из «лего» оранжево-черного трансформера.
А я и забыла, что у Монстрика комната в цокольном этаже.
— Спрысни на фиг, Лукас! — рявкнул обернувшийся на детский голос Эмиль.
— А я маме скажу, что ты снова лугаешься. — Из-за плеча мальчика показалась голова сестры, укоризненно качавшей крысиными хвостиками.
— Позови-ка мне Дэвида, Лукас, — улыбнулась я, старательно демонстрируя дружелюбие.
— Не-а, — близняшки синхронно покачали круглыми головами.
— К нему низя, — пояснил мальчик.
— Его запелли. — Девочка выставила перед собой руки и с гордостью показала мне накрашенные вкривь и вкось малиновым лаком ноготки. — Нлавится?
— Да сдрисните отсюда уже оба! — Эмиль замахнулся полотенцем и громко топнул, будто собирался погнаться за братом с сестрой.
Мелкие взвизгнули и бросились наутек.
— Достали уже, клопы, — проворчал парень, снова поворачиваясь ко мне.
— А что значит, — я поежилась в коридоре, который вдруг показался мне слишком тесным и темным, — Дэвида заперли?
Эмиль широко улыбнулся:
— Не заперли, а заперся. Мия не только «р» не выговаривает, но и в словах путается иногда. Говорят, — он понизил голос и подступил еще ближе, вынудив меня прижаться спиной к закрытой двери, — кто-то из ваших подшутил над ним вчера. Вот он и не хочет никого видеть.
Я не выдержала взгляда темных глаз и уставилась в стенку, на которой торчали какие-то рога, служившие вешалкой для ключей. В голове билась мысль: «Неужели Эмиль знает, что я там была?»
— Это… трудно назвать шуткой. — Я сглотнула. Пересохшее горло царапнуло. Казалось, я даже через одежду ощущала жар, идущий от груди и живота почти незнакомого парня. Между мной и его обнаженной кожей оставался только тонкий листок бумаги, который я держала перед собой как щит. — Я… в общем, я хотела извиниться. За то, что случилось с твоим братом. Это было ужасно, и…
— Да ладно. — Я вздрогнула, когда Эмиль коснулся моей щеки, и вскинула на него глаза. Мы говорили о Дэвиде, но я поняла, что сейчас его брат меньше всего думает о нем. — Не убивайся, Перчик. Дэв переживет.