- Не самая лучшая идея. Иди, спи, - смотрит мимо меня. Давая понять, что разговор окончен.
Подходит к шкафу, доставая из секретера бутылку с темной жидкостью. Наливает пол стакана, осушая его одним глотком.
- Я не смогу сейчас уснуть. В таком состоянии, и ты это прекрасно знаешь, - тихо отвечаю ему. Ощущаю надвигающуюся бурю.
- Пошли тогда на балкон, покурим. Мне надо успокоиться, - хватает пачку сигарет, подкуривая на ходу.
- Что ты с ними сделал? – спрашиваю тихо. – Они мертвы?
- Живы, - широко ухмыляется, хищно. – И будут жить долго-долго.
- Они начнут мстить, Андрей? Владислав точно впряжется. Там все схвачено. У них весь город в кармане, - говорю я.
- Не у них, - заявляет уверенно. – И вообще, чего ты дергаешься? Ты под моей защитой. Кто черту перейдет, сдохнет. Больше поблажек не светит. Порву каждого. Мое трогать нельзя, - чеканит каждое слово.
- Я не о себе сейчас. Меня может, и не тронут, но до тебя точно добраться захотят. Такое публичное унижение просто так не забывают, - судорожно выдыхаю.
- Серьезно? Обо мне тревожишься? – не скрывает насмешки.
- Я просто не хочу что бы ты пострадал. И да, тревожусь, - выпаливаю на эмоциях.
- Разберусь, - заверяет холодно. – А тревожиться не надо. Если только ты меня не разозлишь, - припечатывает каждым словом, произносит хрипло. – Сегодня у тебя это почти получилось, - выдыхает дым, поворачивается ко мне всем корпусом, - а теперь, куколка, расскажи большому и злому дяде, какого хуя твоя прекрасная задница оказалась в руках этого похотливого мудака?!
А вот и звездец подкрался незаметно! Кусаю губу, думаю, как объяснить. Ибо «меня попросила Света сходить с ней на двойное свидание» звучит так себе.
- Понимаешь, тут такая ситуация, которую вот так с ходу и не объяснишь, - начинаю нести все, что приходит в голову. Мысленно соображая, подбирая слова для рассказа.
- Да что ты? – ухмыляется. – А давай я тебе помогу, солнышко. – Вот после этой фразы мне стало реально страшно.
Тянусь к пачке сигарет, закуриваю. Молча, киваю ему.
- Жила, значит, такая девочка Ксюша, - начинает свой рассказ, а я давлюсь табачным дымом. Слезы выступают на глазах, - все хорошо? Я продолжу?
- Да, я просто подавилась дымом, - отвечаю, утирая слезы.
- Ну что ты зайка, не плачь, это же только начало истории, а ты уже так расчувствовалась, - стоит скалиться, сученыш!
- Все хорошо, я слушаю тебя. Продолжай.
- На чем я остановился? Ах да, девочка Ксюша. Хорошая была девчушка. Добрая такая, отзывчивая. И как-то раз, приходит к ней ее шлюхастая подружайка, - поднимаю одну бровь, он будто не замечая, продолжает, - приходит и говорит: «А помоги мне жениха богатенького затащить в свою койку!». А наша девочка же безотказная, и нет, что бы подумать о последствиях, ведет свою сучку, то бишь подружайку, на случку. Только на деле случка ожидала еще и ее, - взгляд становится жестким, слова хлесткими, как пощечина, - потому что «женишок», - показывает пальцами кавычки, - и его дружки очень любят каких юных, тупых куриц пускать по кругу, а потом выбрасывать на улицу как использованный гандон!
Замолкает на минуту, а до меня медленно начинают доходить его слова. Грубо, но по правде все так и было бы.
- Твое счастье, кнопка, что твоя задница уж больно мне нужна! – фух, становится легче от привычной «кнопки», - даже не так, ты принадлежишь мне.
- Я, конечно, тебе благодарна за помощь, что ты оказался рядом в нужное время и в нужном месте, но не надо охреневать! Я тебе что, вещь? В смысле принадлежу? -
- Найди другой более угодный твоим ушам эпитет, - и гаденько так ухмыляется, - еще хоть одного доходягу замечу рядом с тобой, его убью, тебя накажу, - шепчет около моего уха.
Остаюсь на балконе в одиночестве. Внутри меня бушует волна желчи и обиды. Когда я успела превратиться в безвольную куклу в его руках? С каких пор я позволяю говорить о себе такие вещи?
Срываюсь с места, иду за ним, в висках набатом бьет желание все высказать ему в его наглое лицо. Стереть это гнусную усмешку. Захожу в ванну и застываю от увиденной картины.
Кровь! У него в крови весь живот! Хватаю первое попавшееся полотенце, кидаюсь к нему, пытаюсь остановить, понять, что черт возьми, произошло с ним.
- Откуда? Что случилось? Надо срочно вызвать скорую! – мечусь по ванной комнате, пытаюсь найти хоть что-нибудь. Бинт, марлю или чистое полотенце.
- Я уже вызвал своего врача. Не паникуй. Просто чем-то зацепился. Херня.
Убираю полотенце, наконец-то замечаю ножевое ранение.
- Это не херня, тебе нужно в больницу!
- Я же сказал, сейчас уже приедет врач. Лучше поцелуй меня, - смотрит в мои глаза, останавливая мои руки. Тянет к себе, - ты такая красивая. И вся эта красота предназначалась не мне. И я готов, сука, разъебать полгорода из-за этого.