- Не понимаю! У нас все с магией хоть как-то связанное сожгли во времена инквизиции, вот к ним и претензии! - рычала я.
После совсем выжатую меня отправляли в душ. Опять, да. Но в моем случае было необходимо минимум душей десять. Чистую меня кормили, и начинали учить теории. Для меня, к таким нагрузкам не привыкшей, это был самый настоящий ад.
- У меня ощущение, словно я пятилетнему квантовую физику объясняю! - возмущался Ник.
- Ее я тоже не совсем понимаю! - все больше радовала я.
В конце теории, я писала тест. И учились мы, пока у меня все ответы от зубов не отскакивали. Первый раз досиделись до трех часов ночи, так как мне еще вставать в шесть, а ответы сдам в следующий раз. После сдачи теории, я возвращалась в свои комнаты, до коих меня провожал Ник, и уже не запирал, как только я заходила, а если быть точнее - заползала. Но это после тренировок этак десять, а первые мои мучение меня заносили. Буквально. Запирать меня было бессмысленно - даже если бы захотела, не сбежала бы.
На Ника я была все также обиженна, но он вел себя так, словно ничего не случилось. Только вместо обычного веселого и язвительного он стал сдержанным и холодным. Ни намека на веселье, и это меня пугало. Он словно... заледенел. Остальные голову ломали, что произошло, а мы не признавались, так как это личное. Я тоже стараясь выглядеть в присутствии дракона отрешенно, но выходило вон из рук плохо, стоило взглянуть на него. Откуда у меня такая реакция на него? Откуда этот бунт гормонов при воспоминании о нем?
Едва слышимый шорох привлек мое внимание. Я, мгновенно отреагировав, схватила клинки и посмотрела на... стену. Как я не присматривалась, как не прислушивалась, как не принюхивалась - ничего, лишь стена. Но я чувствовала, там что-то есть. Даже можно сказать - кто-то. Миг - и все ощущения пропали. Решив, что мне показалось, я села на кровать, и взялась дочитывать книгу.
Еще раз пробежав по скучным строчкам романа, я решительно отложила его в сторону. Лучше поучусь. Наука всегда лежала у меня в сердце. Да и полезно это. Вреда точно не будет. Взяла другую книгу «Существа Вселенной Хаоса». Хм, интересно! Я научилась создавать молнии, и заслужила ее! Открываю книгу. Содержание: Драконы, вампиры, едкафекуводр... а это что за зверь?! Открываю нужную страницу. Ух-ты, тут есть картинки! Да, признаю, не вышла я из возраста картинок. Но книга с картинками!
Открыв указанную в содержании страницу, я первым делом взглянула на рисунок. Это... что такое?! Начинаю тихонько смеяться в подушку. На картинке нарисовано что-то похожее на кота, но это не кот. Единорог, и нет, фея, тоже. Да, что же это такое?! Читаю:
- Это гибрид кота, дракона, феи, единорога, волшебника и... курицы?!
Еще раз посмотрела на картинку и уже трясусь в беззвучной истерике. Там нарисован кот с куриными ногами вместо задних лап, с крылышками феи на спине, с хвостом дракона вместо кошачьего, рогом единорога на лбу, в зубах волшебная палочка плюс роскошная грива! И разрисовано это существо было разными цветами. На этом рисунке их три: салатовый, зеленый и бирюзовый.
Создавалось ощущение, что стихии когда это создавали, были в край пьяны. Но одна из них это не признавала и в доказательство решила создать кота. Кот не вышел, вышло новое существо, которое с ее же руки стало жить-поживать.
Я даже начала задыхаться от смеха. Тут в комнату зашел Ник! А я в этот момент вытирала слезы и беззвучно смеялась. Его недоумевающий взгляд сменился очень обеспокоенным, так как я поняла, что уже не смеюсь, а задыхаюсь. Легкие загорелись огнем, в глазах начало темнеть, а я все пыталась заставить себе дышать! И у меня совершенно ничего не получалось! В такие моменты становится действительно страшно, а смерть становится в тысячи раз ужаснее. Желания умирать у меня не было, из глаз брызнули слезы, то ли от боли, о ли от отчаянья.
- Кейтлин, для начала успокойся и прекрати истерику, - приказал мигом появившейся возле меня лорд. Именно лорд, таким он стал, после того инцидента. - Ты будешь жить, слышишь? Я не позволю тебе умереть.
После чего прикоснулся двумя пальцами к моей шее, и начал что-то тихо шептать. Его прикосновения налились жаром, но не страшным обжигающим, а нежным и ласкающим. Это тепло становится все боле манящее, и я не замечаю, как уходит боль, но воздуха в легких катастрофически не хватает, и я уже не помню, как наступила тьма...