С танцами, когда она позвонила Владиславу Игоревичу с вахты, выяснилось, что занятия с середины сентября, но в эту среду будет какая-то репетиция, причём где-то в общаге медакадемии, где теперь учился Андрей.
Вечером в коридоре блока послышалось цокание каблуков и в комнату как-то робко постучались. На миг Кира даже подумала, что это приехала их новая соседка, но ошиблась.
— О, Наташа! Привет, проходи, — кивнула Кира двоюродной сестре Кирилла и соседке Катюши. — Ты ко мне или Кирилла ищешь?
— Нет, я к тебе, хотя с Кириллом тоже хотела поздороваться… — разулась Наташа.
— Они из нашего блока вниз съехали, живут сейчас где-то на шестом… кажется, — ответила Кира. — Ушёл как раз… Письмо писать.
— О… М… Понятно. — Наташа поправила волосы. — Помнишь, в прошлом году ты говорила про Контакт, чтобы потом в клуб ходить? Я увидела рекламу в главном корпусе. Контакт будет в следующие выходные. С вечера пятницы, с тринадцатого по пятнадцатое сентября.
— О, прикольно. Пойдёшь? — спросила Кира.
— Я очень хочу… Но как-то боюсь, что ли. Может… Пойдём со мной, пожалуйста! — попросила Наташа.
— Даже не знаю, разрешат ли мне, — задумалась Кира. — Но если разрешат и тебе так будет спокойней, то, в принципе, я не против. Будет интересно посмотреть на Контакт как бы более осознанно.
— Классно! — улыбнулась Наташа и огляделась. — Ого, какая у вас здоровая кровать! Её же вроде не было?..
— Это две кровати под одним покрывалом, — засмеялась Кира. — Конец моему беззаботному почти одиночеству. Подселяют первокурсницу, вот мы и подсуетились с перестановками.
Наташа посидела и поболтала ещё минут десять и ушла.
А уже под вечер, когда Кира собиралась ко сну, пришёл Кирилл с письмом.
— Оригинально, — хмыкнула Кира, прочитав его послание. Видимо, послание было коллективным, или от незнания, что писать, Кирилл просто написал на двух листах кучу отрывков из песен «Руки Вверх» типа «крошка моя, я по тебе скучаю» или «ты подойди поближе, присядь со мною рядом, хочу я так услышать голос твой». А ещё россыпь комплиментов невпопад. Но вышло прикольно.
Кирилл широко и обезоруживающе улыбнулся. И они наконец поцеловались.
Поцелуй был похож на тот, их самый первый, с разноцветьем маны перед глазами.
— Я так скучал по тебе, — шептал Кирилл, крепко обнимая, и длинно выдохнул, когда Кира помогла ему снять серый бесформенный свитер: бегать по общаге просто в футболке было прохладно, так что Кирилл ходил в свитере и спортивных штанах.
— Ты как-то… стал крупней и мощней как будто, — удивлённо потрогала его Кира и отстранилась, чтобы лучше рассмотреть.
— Тебе нравится? — напряг мышцы груди и бицепсы Кирилл. — Я старался для тебя, хотел, чтобы тебе понравилось.
— М… Мне нравится. У тебя прям чёткие кубики пресса и как-то… ты как будто и похудел, и накачался, — задумчиво посмотрела на него Кира. — Срочно надо боди-арт делать, пока твои летние тренировки не…
— Я перехожу в полиатлон, — сказал Кирилл. — Мне такую форму придётся поддерживать для соревнований.
— Биатлон знаю, а полиатлон это чего? И иди поближе, хочу эту красоту хорошенько пощупать.
Кирилл млел под её поглаживаниями, но всё же объяснял, что полиатлон — это бег на лыжах, стрельба и подтягивание на турнике. Только стрельба и подтягивание проходят в зале, за всё дают свои баллы, которые у спортсмена суммируют.
А Грим наконец смог приглушить связь с Владом Шеметом — впрочем, это могло быть и следствием получения большого количества энергии. Ещё через минуту Кира перестала думать, расслабляясь в чужом желании сделать ей приятно.
В среду Кира пошла на танцы и, когда нашла зал, увидела объявление «Фабрики танца». Оказалось, что в этом зале был филиал для занятий бальными танцами: вальсом, румбой, танго и всякими современными. Владислав Игоревич Серебрянников — их руководитель, — сказал, что сейчас проходят всякие дни первокурсников в разных учебных заведениях и они там будут выступать на мини-концертах по этому поводу. Сказал записаться на даты, кто когда может, чтобы можно было составить расписание.
— Владислав Игоревич, — после организационного собрания подошла к руководителю Кира. — А тут объявление про сальсы-румбы висит… Их тоже вы ведёте? А то я… очень таким танцам захотела научиться.
— Нет, веду не я, а Глеб Пригожин, — помотал головой Владислав Игоревич. — Ты чего, уходишь, что ли, от меня?