— Кира, вы можете идти, — кивнула Большакова и Кира, поблагодарив, подхватила дублёнку и вышла из методического кабинета. Стоило только аккуратно прикрыть двери, как за ней раздался настоящий крик, но она решила не прислушиваться и ускорила шаг, направляясь к выходу.
— Ты молодец, — похвалил Грим, когда она вышла на улицу и вдохнула морозного воздуха.
— Мне хотелось… Его растоптать, унизить, чтобы его уволили, — вздохнула Кира, рассматривая звёздное небо. — Я так разозлилась. И на какой-то миг словно потеряла связь с реальностью. Словно я во сне, где нужно убить маньяка, понимаешь? Просто убрать что-то, что тебе мешает, с дороги. Как мерзкого таракана прихлопнуть тапком.
— Я ощущал, как ты сдерживаешь ману, — ответил Грим. — Ты хотела справиться с ним сама?
— Не знаю. Он сильно меня выбесил. Но я всё же… не хотела членовредительства, наверное.
— Ты же всё-таки человек, — хмыкнул Грим. — Злиться — это нормально для твоего вида. Ты смогла отделить свою злость от своего воздействия. И просто позволила себе позлиться как обычный человек.
— Ну, наверное, тогда это хорошо… — Киру передёрнуло. В какой-то миг ей показалось, что она на самом деле может организовать Додику несчастный случай в самом ближайшем будущем. Кира не была уверена, что её остановило именно человеколюбие, скорее, она просчитала вероятность отката и не желала, чтобы пострадал кто-то из её близких или она сама.
Она сделала длинный выдох, увидела шагающий по дороге одинокий силуэт и узнала Кирилла.
— Привет, ты как-то быстро, я решил, что подожду тебя и вместе погуляем, — предложил Кирилл, когда они поравнялись. — Ну, как всё прошло?
— Отлично, — хмыкнула Кира. — Всё как в анекдоте про аленький цветочек.
— Что… за анекдот?
— Ну этот, в котором купец спрашивает дочерей, что им привезти из стран далёких. Старшие дочки попросили подарки, настала очередь младшенькой, Настеньки. И просит Настенька: «А привези мне, батюшка, чудище огромное для плотских утех». Удивился купец, руками замахал: «Что ты, что ты, доченька, и не проси такого! Срам-то какой». Вздохнула Настенька и сказала: «Ну, раз иначе не хочешь, привези мне, батюшка, цветочек аленький».
Кирилл неопределённо хмыкнул, а потом усмехнулся.
— Вот и я как эта Настенька… — тоже усмехнулась Кира. — Похоже, создала немного проблем преподу. А поставил бы он эту пятёрку мне заслуженную, ничего бы не было.
— Он сам виноват, — сказал Кирилл.
— Чаще всего так и бывает. Даже поговорка такая есть: «не буди лихо, пока оно тихо», — ответила Кира и вспомнив одну цитату, хмыкнула. — Для всеобщего счастья меня надо всего лишь любить, восхищаться и давать денег. Разве я многого прошу⁈ — и захохотала.
Через четыре дня, во вторник, была консультация, и Домнин внезапно спросил Киру на всю группу:
— Калинина, что вообще за слухи ходят, что из-за тебя, твоих капризов и истерик нашего Додика из аспирантуры выгнали?
— Что? — не поверила своим ушам Кира.
— Он такой нормальный был, добрый, пятёрки всем поставил… — продолжил Домнин. — А тебе не поставил, так ты весь деканат на уши подняла. Удавишься из-за пятёрки.
— Всё понятно, — хмыкнула Кира, криво усмехнувшись. — Вот, значит, что ты про меня думаешь.
Она встала и пересела от Домнина на другой ряд — к стене.
Там в одиночестве на первой парте сидел Женя Ощепков. Был он мелким, рыжим и вдобавок заикался.
— Буду сидеть с тобой, — объявила Кира. — Можно?
Женя покраснел и попытался что-то сказать, но слишком сильно заикался, так что в конце концов просто кивнул.
— Ты чего там, обиделась? — фыркнул Домнин. — А что я такого сказал? Ты вообще о нас подумала, что нас могут заставить пересдавать пятёрки, которые мы получили?
Кира скептически хмыкнула. Домнин уже сколько староста — и до сих пор не знает, что заморочки с ведомостями и зачётками никому не нужны? Даже если бы преподавателя поймали на взятках, то студентов точно бы не заставили пересдавать предмет, который был «куплен».
В итоге она только закатила глаза, вздохнула… и промолчала.
Консультация прошла быстро. А «Альберт Мольбертович», их куратор, у которого они как раз и должны были сдаваться, задержал Киру после.
— Обычно спецпредметы не ставят автоматом, — сказал он.
— Вы об этом уже говорили, — ответила Кира. — В самом начале курса.
— О… Вот как, — кивнул «Альберт Мольбертович». — И всё же в пятницу вы меня очень впечатлили… Вы так же знаете и мой предмет?
Кира внимательно и спокойно посмотрела в глаза преподавателя, не понимая, чего он от неё хочет. Экзамен будет — и увидит сам, разве нет?