И вот Алла сама пришла к нему и так запросто поцеловала. Ну, как запросто… Когда она отстранилась, она дрожала как осиновый лист. Никита сразу прижал ее к себе и все же не удержался от замечания:
- Оделась легко, а теперь мерзнешь, - шепнул он ей на ухо.
- Что? - засмеялась она.
- Придется тебя не отпускать.
Но отпустил. Уже совсем скоро. Просто-напросто сбежал, испугавшись собственных незнакомых ему чувств. Все можно было сделать по-другому. Придумать как общаться… Сколько пар поддерживают отношения на расстоянии, а он всего-то перемещался через один часовой пояс. Как же! Он, известный бабник, и влюбился по уши. А если он ее обидит? Разочарует?
Никита никогда не смотрел на облака, даже если очень хотел заполучить какую-нибудь девушку. А Алла в то время, казалось, вся состояла из романтики. Оболенцев просто не знал, как с ней быть, что делать.
Свой отъезд и грядущий разрыв отношений он преподнес как нечто само собой разумеющееся. Алла тогда вот прямо как сейчас пожала плечиками и гордо сказала, что все понимает. Да, он сам не понимал. Они договорились “поддерживать связь”, и уговор свой выполнили. Иначе, наверное, не сидели бы сегодня друг напротив друга с намерением разобраться в своей давней истории.
- Пожалуйста, давай поговорим, - попросил Никита.
- Не здесь и не сейчас, - твердо ответила Алла.
- В обед?
- Да, в обед.
На том и разошлись.
Объяснения
Алла была шокирована. Она ожидала всего чего угодно, но только не этого. Зачем Оболенцев вздумал достать их историю? Она почти на автомате подошла к стойке ресепшена. Таня тем временем что-то сосредоточенно писала от руки.
- Чем занята? - как можно более беззаботно спросила Алла.
- Секрет!
- Ну, ладно…
Алла уже собралась уйти, но Таня ее остановила.
- Эй, ну, я же пошутила. Я пишу письмо.
- Какое еще письмо?
- Любовное, разумеется.
- Для кого?
- А то ты не понимаешь. Для НЕГО.
- И что ты там пишешь?
В общем Таня посвятила подругу в свой невероятный план. Выяснилось, что она уже несколько дней отправляла Оболенцеву неподписанные любовные записки с многозначительными цитатами, которые сама же и придумала. По задумке, когда бы интрига достигла своего апогея, Таня должна была признаться, что автор именно она.
- Зачем? - только и смогла сказать Алла.
- Ну, как зачем? Чтобы впечатлить, запомниться, заинтересовать.
И почему-то в это самое мгновение Алле стали очевидны несколько вещей: Таня всего-навсего развлекается. Для нее это приключение, развлечение, возможность рассказать увлекательную историю подружкам, с которыми они частенько ходят куда-то по пятницам. А еще Алле заранее стало очень обидно за Никиту в случае, если он все-таки поведется на эти игры. Конечно, Оболенцев был взрослым мальчиком, чей список любовных побед выходил за одну страницу… Но Алле все равно было неприятно. Пауза затягивалась, надо было что-то сказать, но Алла не находила слов.
- Пойду работать, - вздохнула она.
- Удачи, - сочувственно ответила Таня.
Время до обеда тянулось просто невыносимо долго… медленно. Алла все время смотрела на часы, за неполных пятьдесят минут она умудрилась сделать это десять раз. Ближе к перерыву Никита прислал сообщение с координатами места, куда предлагал сходить. Алла, не раздумывая, согласилась.
Алла пришла раньше Никиты. Просто не выдержала ожидания и сбежала с работы. К счастью, Дима спокойно относился к таким моментам.
- Привет, - Никита сел напротив.
- Привет, - слабо улыбнулась она и сразу без перехода, - все еще хочешь продолжить утренний разговор?
- Да, - твердо ответил он.
- Тогда продолжай…
Алла боялась говорить об их по сути несостоявшемся романе. В то время она была немного другой, и на многие вещи, включая отношения, смотрела совсем по-другому. В Никиту она влюблялась постепенно. С первого взгляда он ее точно не покорил. Ну, не любила Алла всеобщих любимцев, а Оболенцев относился именно к такому типу, чем был крайне доволен. И хотя его никогда не видели в компании студенток, с коллегами он был замечен часто.
Как преподаватель Никита никого не выделал, поэтому сказать точно, что он про нее думал, Алла не могла. Все изменилось, когда они начали тесно работать над ее дипломом. Теперь встречи проходили в аудиториях наедине, либо в библиотеке в самом дальнем углу. И Никита раскрывался перед ней совсем с другой стороны. От немного нахального задора молодого преподавателя совсем ничего не осталось. Оболенцев был очень спокойным, немногословным, и на Аллу неизменно смотрел с доброжелательной полуулыбкой. Даже когда она явно буксовала со своей работой.