Лизка тоже наблюдала за всем этим безобразием, как сама это и назвала, и качала головой. Не выдержав, она побежала на трибуны. Зная подругу, она явно задумала что-то интересное. Прошептав что-то Диме на ухо, а потом оттолкнув Антона, сама встала на его место. Заиграла музыка, и Лизка стала проводить зарядку. Вроде ее движение ничем не отличались от тех, что делал Антон, но ее особенность была в том, что к ним она добавляла смешные фразы, что выкрикивала вместе с забавной музыкой, и корчила рожицы.
И тут я вспомнила. Лизка в детстве занималась художественной гимнастикой, а позже пошла учиться и стала детским тренером. Видимо именно так она проводит разминки на своих тренировках, разбавляя всю их серьезность.
Дети в секундном замешательстве смотрели на нее, но потом стали активно повторять за ней. Кстати, не только дети. Вожатые тоже с большим удовольствием присоединились к ней, что еще больше увлекло ребят. Мы с девчонками прыгали на месте, кружились и повторяли за Лизкой движения с улыбками и смехом. И когда зарядка закончилась, я крикнула:
− Лиза лучшая!
И меня поддержали все вокруг. А наш отряд кричал громче всех. Все были впечатлены такой необычной зарядкой.
Обходя детей, я бежала к подруге на трибуны.
− Вот как надо вести зарядку, − сказала она, хлопнув Антона по плечу.
Парень выглядел растерянным. Еще бы. Вожатая сделала его работу качественнее, чем заслужила признание детей и других вожатых.
− Ты красотка! − Сказала я, все еще восхищаясь подругой.
− Знаю! − Довольно улыбнулась она, поправляя волосы.
Ну просто лиса!
После завтрака, дождавшись, когда откроют ворота, мы наконец-то пошли на море. Я также, как и дети, жаждала встречи с ним. Мы шли по барханам, что скрывали от нас море, но прекрасно слышали плеск его волн и чувствовали приятный соленый воздух. Я не стала снимать тапочки, зная, что даже в такой ранний час песок уже слишком горячий.
Дети так хотели увидеть море, что выбегали вперед нас, забывая про строй, чтобы как можно быстрее оказаться на пляже. И вот их томительное ожидание закончилось, а за спиной послышались восхищенные "ах" и "ура".
Черное море встретилось нас приятным плеском волн о золотой берег. Солнце отражалось в воде, что сливалась с чистым голубым небом. А бархатный плеск волн ласкал слух. Крики чаек и ветер, играющий в волосах, заставляли улыбку становиться все шире.
− Привет, море, − благоговейно прошептала я, вглядываясь в горизонт.
Заворожены были все. Но даже несмотря на то, что многие этот пейзаж видели из года в год, ощущения были как в самый первый раз. С мурашками и трепетом внутри.
Спустившись к шатрам лагеря, мы стали располагаться. Кто-то сразу же занял шезлонги, кто-то рядом расстелил плед. И быстро побросав все свои вещи, дети уже окружили нас, прося быстрее пойти купаться.
Мы с Лизкой разделили детей на группки и еще раз повторили им правила поведения на море, надеясь, что они точно нас услышали. За буйки не заплывать, не нырять, не толкаться и слушаться спасателей.
Да, в "Бризе" за купание детей отвечали спасатели (такие же отрядники, как и мы), что порядком облегчало нам работу. И что очень нравилось мне, потому что я не люблю купаться. Да-да, я существую.
Отпустив первую группу детей купаться, с остальными мы стали располагаться. Девчонки сразу же подбежали, прося намазать им спинки солнцезащитным кремом. Кто-то из мальчишек присоединился к другому отряду поиграть в пляжный волейбол. Кто-то остался сидеть рядом с нами в тенечке.
− Нужно отправить это фото маме, − услышала я голос Светы.
Повернув голову, я увидела, как она сделала фото моря и сразу стала его отправлять.
− Мы же договаривались не брать телефоны на море, − сказала я.
Девочка быстро посмотрела на меня и тут же виновато опустила глаза:
− Простите.
− Когда пойдешь купаться, спрячь его в мой рюкзак, − произнесла я, и Света быстро-быстро закивала. − Вас это тоже касается, − продолжила я, когда увидела такие же виноватые взгляды у других девочек.