И вот мы добрались до последней станции. Здесь мы столкнулись с отрядом Матвея. Его ребята только закончили проходить "бревно", а мы забивали мячи в ворота. Закончив свои испытания, мы поменялись.
Отряду предстояло пройти по бревну и не упасть, при этом держась за руки. Во главе снова встал Миша и начал считать. Ребята аккуратно переставляли ноги под его счет, балансируя и пытаясь удержать равновесие. Не только они, но и мы с Лизкой затаили дыхание, следя за ними, чтобы никто не упал.
Но не успела я обрадоваться, что ребята почти закончили, как со стороны прилетел мяч и попал Тиме в ноги. Мальчик пошатнулся и упал, потянув за собой всех остальных ребят.
Мы с Лизкой замерли, но, сбросив оцепенение, побежали к отряду.
− Вы целы? − Встревоженно спрашивала Лизка ребят, помогая им подниматься.
− Сильно ушиблись? − Подавая руку детям, спросила я, оглядывая их на наличие травм.
Мальчики шипели и ругались, помогая девочкам вставать, пока некоторые их них хныкали из-за разбитых коленок. Я тут же полезла в рюкзак за салфетками, отдавая их девочкам. И, повернувшись в сторону, откуда прилетел мяч, услышала, как крикнул Игорь:
− Я случайно!
Но даже отсюда я увидела его недобрую ухмылку и, как рядом стоящий мальчик отбил ему внизу пять. Я хмуро смотрела на них и не верила в произошедшее.
− Я ему сейчас! − Завелся Миша, что уже хотел рвануть в сторону двадцать второго отряда.
− Нет! − Перехватила его я. − Потом.
Матвей растеряно смотрел на мой отряд, но тут же нахмурился и взглянул на своих парней. Он понял то же, что и я. Это не была случайность. Неужели это месть за разлитую воду? В последний раз взглянув на отряд Матвея, я увидела, как он с Кириллом спешно уводят свих ребят, ведя зачинщиков перед собой за плечи.
Я вернулась к своим ребятам, что отряхивались и злились на двадцать второй. И я их понимала.
− Точно все целы? − В сотый раз переспросили мы с Лизкой.
Ребята кивали. Мы уже думали увести их с этого испытания, потому что не на шутку разволновались и не хотели, чтобы они снова упали. Но ребята упрямо хотели закончить последнее испытание, и справились с ним успешно.
Сдав маршрутный лист со всеми пройденными этапами, мы побежали в столовую на ужин.
Даже за едой ребята не переставали обсуждать случившееся, за что пришлось на них шикнуть и пригрозить, что останутся без арбуза на сладкое. Но мы знали, что это только временное решение, а они все равно спросят нас об этом.
− Чувствую добром это не кончится, − произнесла Лизка, без настроения ковыряя вилкой в тарелке.
Аппетит пропал и у меня.
− Ты думаешь о том же, о чем и я? − Спросила у нее я.
− Угу, − ответила она. − История повторяется.
Да уж. Это точно на та история, которую я бы хотела повторить. Двадцать первый отряд снова на пороге вражды с двадцать вторым.
На вечерний концерт все собирались без особого энтузиазма. Сегодня младшие отряды будут показывать свои приветственные номера. У нас еще было время перед концертом, поэтому мы сели в беседке, чтобы поговорить с ребятами и развеять эту серую тучу над нашими головами.
− Но они поступили нечестно! − Ругался Миша. − Их надо наказать!
− Их накажут и без вас, − пыталась остудить его Лизка.
− Но это же точно была не случайность! − Хмурился Тима.
− Поверьте, − начала я, − мы также удивлены и злимся, как и вы, но вершить самосуд мы точно не будем.
− И что, мы просто промолчим? − Спросила Маша.
Мы с Лизкой переглянулись.
− Да, − вздохнула подруга, а дети недовольно зашумели. − Чем мы будем лучше них, если поступим точно так же? Поэтому давайте договоримся, что никто из вас не будет придумывать что-то им в отместку. Все согласны?
Ребята, все еще недовольные, закивала головой. И мы с Лизкой выдохнули, надеясь, что они нас услышали. Но мы сами были детьми и в той же ситуации, поэтому знали, к чему все это может привести. И теперь нам нужно быть бдительнее и пресекать любые попытки детей насолить другому отряду.
Уже перед отбоем, когда мы вернулись в корпус, мы с вожатыми почувствовали напряжение на этаже. Отряды проходили мимо и полностью игнорировали друг друга. И это очень волновало нас. Мы надеялись, что одна нелепая случайность не запустила колосе, которое будет очень трудно остановить.