− Аккуратнее нужно быть, − прозвучал надо мной глубокий голос.
Нет. Не может быть. Мне кажется.
Дыхание, что я пыталась восстановить после неудавшегося падения, снова сбилось. Я боялась повернуть голову, чтобы мои подозрения оправдались. Пожалуйста, пусть мне показалось. Но я все-таки подняла глаза и как бы не старалась придать себе стойкости, с моих губ все же сорвалось тихое "ах".
Я столкнулась с пронзительными голубыми глазами, такими знакомыми с детства. Секунду назад взгляд моего спасителя совсем ничего не выражал, но сейчас в нем промелькнуло узнавание, которое он быстро скрыл. А лицо все так и осталось непроницаемым, словно он так и не понял, кто перед ним. Я вглядывалась в него, в эти глаза, чувствуя, как горят щеки и легкие, потому что перестала дышать.
Это не может быть он. Только не здесь. Только не сейчас.
Мы так и стояли близко друг другу, и он все еще держал меня за руку, за которую поймал при падении. И там, где он меня касался, рука горела огнем.
Я все еще не могла поверить, что это он. Я вглядывалась в знакомое лицо, только уже не мальчишеское. Твердые черты, темные брови и волосы, холодные и пронзительные глаза, плотно сжатые губы. Он всегда был выше меня, но сейчас я еле доставала ему до подбородка. Широкие плечи и грудь, что вздымалась от его спокойного дыхания.
И вот он убрал руку, отступая от меня на шаг. Вернулись звуки, и я поняла, что все это время мы были не одни. Я почувствовала, как залилась краской. Все еще не могла поверить, что это он.
Я неловко подняла на него глаза, боясь смотреть прямо. И все так же молчала, словно потеряла дар речи. Он сделал глубокий вдох и, так же ничего не сказав, прошел мимо меня.
Мне не хотелось оборачиваться. Я смотрела в пустоту, когда рядом оказалась Лизка.
− Сюрприз, − невесело произнесла она.
Я ничего не ответила и молча села на наши места. Да уж. Вот так сюрприз.
Началась планерка. Директор вроде что-то говорила о предстоящих делах на завтра, но я ее не слушала. Мой блокнот так и остался закрыт. А я все еще пребывала в шоке после случившегося.
Неужели спустя столько лет, здесь, в этом самом лагере мы снова встретились.
Перед глазами все еще стоит картина, как я падаю, и он ловит меня. Как стоим друг на против друга, совсем забыв об окружающих.
Щеки снова закололо. И как бы я не удерживала себя, все-таки обернулась через плечо и сразу встретилась глазами с Матвеем.
Смена обещает стать незабываемой.
Глава 2
Планерка прошла мимо меня. Мой блокнот так и остался закрыт. Все, о чем говорили директор и старшие вожатые, для меня было словно белый шум. И это все из-за одной встречи с человеком из прошлого. Именно он выбил меня из равновесия. Я смотрела перед собой в пустоту, прокручивая в голове последние минуты и надеясь, что Лизка слушает внимательнее меня.
Матвей здесь. В том же лагере, что и я. На той же смене. Как это может быть...
Стайка мурашек пробежала по спине, а внутри все сжалось. Я сползла на своем стуле вниз, сжимаясь в комок и надеясь, что так смогу исчезнуть. Обхватив руками край капюшона, я спрятала в нем лицо и снова обернулась. Зная, что он сидит позади, я все еще не могла в это поверить. Словно почувствовав, что за ним наблюдают, Матвей обернулся в мою сторону. Я резко отвернулась от него, а сердце с новой скоростью забилось в груди.
Я нервничала. Ладошки то холодели, то потели. Я стучала ногой по полу и поглядывала на часы, желая, чтобы планерка как можно быстрее закончилась. Лизка смотрела на меня, тоже хмурясь и недоумевая.
И вот планерка закончилась, нас отпустили отдыхать. Не желая задерживаться в кинозале больше ни секунды, я выбежала на улицу, не обращая ни на кого внимания, словно мне не хватало воздуха. Даже глубокое дыхание не помогало успокоить бурю внутри.
Я бежала к себе в комнату, хотела быстрее скрыться и все обдумать еще раз. Подруга появилась следом за мной, закрывая дверь. Я повернулась к ней, и мои широко раскрытые и ничего не понимающие глаза остановились на ней. Я замерла, словно на меня вылили ведро холодной воды.
Лизка стояла, прислонившись спиной к двери и спрятав руки. Ее глаза растеряно бегали по мне, а она жевала свою нижнюю губу. Лиза тоже нервничает. Но хуже того, что она сейчас чувствует себя виновато.