О даа. Наша первая комиссарка на этой смене. Это одновременно то, что все с нетерпением ждут, и то, что пугает, потому что не знаешь, что придумают старшие вожатые на этот раз, чтобы всех удивить.
Комиссарки были неотъемлемой частью не только лагерной жизни, но и отрядной. Неважно где и с кем ты, устал ты или нет, хочешь или нет, идешь туда и уже прежним не возвращаешься. Это возможность проявить себя с новой стороны, взглянуть в глаза страхам, попробовать что-то новые, да и просто насладиться временем. После комиссарки остаются только улыбки и яркие впечатления.
− Наконец-то! − Обрадовался Кирилл, потирая ладони.
Новость о комиссарке взбодрила нас всех. Спать уже хотелось не так сильно, а вот жажда приключений призывала скорее поторопиться. Договорившись встретиться на этаже, чтобы пойти на стадион вместе, мы разошлись по комнатам. У нас было немного времени, чтобы переодеться и отдохнуть.
Забыв об усталости и боли в ногах, мы принялись готовиться. Мы не стали даже разбирать вещи, что раскидали с утра и принесли сейчас. Лизка переложила их на стул, махнув рукой и сказав, что все потом.
Скинув с себя платье, я поежилась от ночной прохлады и достала из шкафа старый черный спортивный костюм, что привезла именно для таких случаев. Потому что иногда после комиссарки нужна тонна геля для душа и стирального порошка.
− Надеюсь, в этот раз обойдется без яиц, − сказала я.
− Так их же запретили, − ответила подруга, кряхтя, пока пыталась влезть в толстовку.
− Кого это и когда останавливало, − усмехнулась я.
Подруга фыркнула, соглашаясь со мной. Выбирать полночи скорлупу из волос не очень то и хотелось.
− Я готова, − выпрямилась Лизка, завязав кроссовки.
Я уже тоже. Время, отведенное на подготовку, вышло, поэтому мы вернулись в коридор, потому что думали, что парни нас уже заждались. Но нет, их там не было. Лизка усмехнулась и бубнела себе под нос, что мальчики капуши.
Но пока ждали парней, мы прошлись по этажу мимо комнат нашего отряда. Мы заглядывали в приоткрытые двери и умилялись тому, как ребята спят после еще одного насыщенного дня. Кто-то спал, свесив руки и ноги, разговаривая во сне, а кто-то крепко прижимал к себе плюшевую игрушку. Они все были такими сладкими.
На этаже скрипнула дверь.
− Нарядились? − Спросила Лизка у появившихся Кирилла и Матвея.
− Соскучилась? − Подколол ее Кирилл.
Подруга застыла с раскрытым ртом. Кажется, у Кирилла стал появляться голос.
− 1:1, − хитро улыбнулась подруга и прошла мимо парней, направляясь к выходу.
А вот это уже становится интересно.
Тишину спящего лагеря нарушали нетерпеливые и восторженные голоса вожатых, что по мере приближения к стадиону только становились громче. Ребята расселись по трибунам, дожидаясь начала. Мы тоже заняли крайние места, потому что старших вожатых еще не было видно.
Я и Лизка, что уже подкалывала Кирилла, который начал увлеченно рассказывать о прошлой своей комиссарке, сели в центре, а парни по бокам. Матвей был рядом со мной, и от его близкого присутствия дыхание сперло и в несколько раз стало жарче. Наши колени соприкасались, от чего по телу бежали мурашки. Но я не могла убрать ноги, или... просто не хотела.
Находиться рядом с ним было приятно, как бы я не прогоняла эти чувства. Я не смогла побороть желание взглянуть на него, но когда осмелилась все же поднять глаза и увидела, что и он смотрит на меня, то залилась румянцем еще сильнее. Но и отвернуться я уже не могла. Его взгляд был завораживающим. Теплота его глаз пленила, а уголки губ приподнялись и улыбались по-доброму, а не как обычно ухмылялись.
Смущение накрыло меня с головой. Что-то происходило. Что-то, что появилось после парка. Чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди, я отвернулась. Но даже не смотря на Матвея, я знала, что он шире улыбнулся, и улыбнулась этому в ответ.
И тут неожиданно меня ущипнули за бок. Не может быть. И еще раз. Матвей всегда делал так раньше, чтобы привлечь мое внимание. Но и я пошла по тому же сценарию, упрямо игнорировала его, притворяясь, что увлечена разговором Кирилла и Лизки. Хотя сама сидела и улыбалась, как дурочка.
Ожидание затягивалось, послышались недовольные голоса. Я сидела, поджав колени к груди, и наблюдала за небом. В какой-то момент среди ветра и голосов я услышала тихую музыку. Взглянув в сторону дорожки, надеялась увидеть кого-то из старших вожатых, но там было пусто. Я уже подумала, что мне просто послышалось, как голоса стали стихать, а музыка становилась громче.