− Была бы я с вами, мы точно надрали ему зад, − прозвучал недовольный голос подруги в тишине спящего детского корпуса.
− Лиза, − протянула я, уставившись на нее во все глаза.
− Ой, а то ты не знаешь, как ругаются дети, − отмахнулась она.
Я хмыкнула. О да, я еще как знала.
− Если все правда, что ты мне рассказала о нем сегодня, − продолжила подруга, беря меня под руку, − то тут уже даже я запуталась в том, что с ним происходит.
Я вздохнула. Запуталась это не то слово, которое я бы использовала для описания ситуации. Я потеряна. А если учитывать то, что я испытываю к нему и что получают от него в ответ, то я в тупике.
Мы припозднились всего на пару минут, не пропустив ничего особенного. Старшие вожатые пока как обычно повторяли расписание на день, иногда делая замечания тому или иному отряду.
Все время, пока мы сидели на костровой, я спиной чувствовала, что за мной наблюдают. Даже знала кто. Но собрав всю волю в кулак, я удерживала себя от того, чтобы не обернуться и не встретиться с голубыми глазами, что заставляли меня таять.
Еще подходя к костровой, я заметила Матвея. Но вовремя успела опустить глаза, выравнивая дыхание и успокаивая взволнованное сердце. С каждым разом проснувшиеся чувства становилось игнорировать сложнее и сложнее.
− И последнее, с завтрашнего дня начинаются экскурсии, − сказала Катя.
Услышав эту новость, кто-то из вожатых радостно загудел, а кто-то недовольно вздохнул. Мы же с подругой хитро улыбнулись друг другу, прекрасно зная, что это отличная возможность оставить детей на попечение экскурсовода, а самим на пару часиков выбраться в город.
− Завтра на обзорную экскурсию отправляются 13 и 43 отряды, послезавтра 21 и 22, потом.. − продолжала старшая вожатая, но я ее уже не слушала.
Судьба злодейка снова подбрасывала мне испытание в лице Матвея. Даже на экскурсию наши отряды отправляются вместе. И тут моя сила воли покинула меня, я обернулась и тут же встретилась взглядом с Матвеем.
И это была моя очередная ошибка. В голубых глазах, что сейчас напоминали теплый бриз, что окутывал и уносил в невесомость, я утонула. Казалось, что Матвея наоборот обрадовала новость о том, что наши отряды вновь окажутся вместе. В то время, как меня это одновременно пугало и радовало.
Мыслить здраво рядом с ним не получалось. И бороться самой с собой становилось все труднее. А я была слишком слаба, чтобы набраться смелости и просто с ним поговорить. Поэтому и продолжала тянуть себя на дно вместе с клубком запутанных чувств.
Кажется, что прошла вечность, пока наши взгляды держались друг за другу. И его глаза словно гипноз завораживали и пробуждали все чувства, что я так усердно пыталась подавить. Но я не сопротивлялась этому плену, хотя просила от веселенной знак, как действовать дальше.
В реальность меня вернули холодные мурашки, что пробежали по коже. То ли от ветра, то ли от того, что теплый бриз сменился льдом. Матвей, плотно сжимая губы и хмуря брови, смотрел то на меня, то поверх моей головы. Тут уже нахмурилась и я, чувствуя, что все улетучилось, а прежнее настроение Матвея вернулось.
− Немного припозднился, − услышала я над собой голос Никиты и повернулась к нему.
− А сейчас приглашаем всех на спевку, − прозвучал голос Кати.
− А нет, я все-таки вовремя, − улыбнулся Никита.
− Привет, − вставая, улыбнулась ему я.
− Пришел сказать, что завтра в обед уезжаю домой, − продолжил Никита.
Я надула губы, чувствуя тоску от этой новости.
− Эй, − щелкнул он меня по носу, заставляя улыбнуться, − работа не ждет. А по секрету, готовим со штабом кое-что интересное на «Атмосферу».
− Ооо, − уже радостно протянула я, − такие новости мне нравятся.
Никита подмигнул мне.
− Ваша знаменитая «Атмосфера»? − С неким воодушевлением спросила Лизка.
«Атмосфера» любимое и долгожданное мероприятие всего нашего регионального отделения. Место, куда приезжают все центральные регионы, чтобы вместе провести три дня, наполненные интересными мероприятиями, конкурсами и концертами. Три дня на природе в платках с кострами и песнями.