Матвей все еще с недоверием смотрел на меня, что только усилило тревогу внутри. Но его лицо разгладилось, и он легко мне улыбнулся.
− Прости, что тогда наговорил тебе, − сказал Матвей, чем вызвал мое удивление. − Ты права, что неправильно было заключать пари в том состоянии. Если тебя это беспокоит, то мы можем отменить его. В этом нет ничего такого.
Я смотрела на Матвея и не верила, что он.. реальный. Матвей такой добрый, внимательный и заботливый. От его слов сердце сжалось от переполняющих меня чувств к нему и от боли из-за моего умалчивания. Он такой хороший, а я последняя дура, что решила начать отношения с вранья.
Но если Матвей сам не заговорил о прошлом, значит он тоже решил его не вспоминать? Я пыталась убедить себя и в этом, чтобы заставить замолчать совесть.
Все еще видя меня поникшей, Матвей крепче обнял меня и сказал:
− Если тебе нужно это пари, чтобы я исполнил твое желание, то я готов и без него выполнить все, о чем только попросишь.
Я перестала дышать. Ну какой же он..
Поддавшись вперед, я накрыла своими губами его. Сжав в кулаки ворот кофты Матвея, я притянула его ближе к себе. В томный и неспешный поцелуй я вкладывала все чувства, что испытывала к нему, а также извинения за свой страх и молчание. Поцелуй одновременно и сладкий, и горький.
Я цеплялась за Матвея, как в последний раз. Обхватив меня сзади за шею, он наклонил меня, углубляя поцелуй и срывая с моих губ тихий вздох. От его прикосновений все тело пылало. Сладостная боль поселилась внизу живота, от чего каждое новое прикосновение рук и губ ощущалось еще острее.
Как же хотелось остаться с ним только вдвоем. Чтобы ни работы, ни детей, ни тревог и обязанностей. Чтобы были только мы, тяжелое дыхание, горячие поцелуи и прикосновения, единение душ и тел..
И мое желание было взаимным. Поцелуй и движения стали резче и требовательнее. Голова стала кружиться то ли из-за нехватки воздуха, то ли от переполняющих чувств.
С неохотой мы оторвались друг от друга, понимая, что сейчас не время и не место переступать черту. Мы соприкоснулись лбами, тяжело дыша все тем же наэлектризованным воздухом. Я все еще не разжимала рук, крепко держась за Матвея. А он все еще держал мое лицо в своих руках, вызывая мурашки.
Поцелуй с ним прогнал тревогу и поселил внутри надежду, что у нас все получится.
− Я не хочу отказывать от пари, − тихо произнесла я.
− В самом деле? − Спросил Матвей, выгнув бровь.
− Да. Оно кажется мне безобидным.
− Я понял, почему ты грустила, − хитро улыбнулся мне Матвей и щелкнул меня по носу. − Ты просто боишься мне проиграть.
− Что? − Вырвался из меня смешок.
Матвей довольно поиграл бровями, а я не смогла сдержать улыбку. Рядом с ним невозможно было долго хмуриться и грустить. Еще одна причина, из-за которой я любила Матвея, то, как он умеел подбодрить и поддержать.
Не отставая от него, я хитро улыбнулась и отвернулась, сложив руки на груди:
− Это мы еще посмотрим, Костров, кто и кому боится проиграть.
− Да, Макеева, − ответил он, снова меня обнимая и звонко целуя в щеку, − это мы еще посмотрим.
Глава 18
Недавно я задумалась о том, что нам повезло на этой смене с погодой – не было ни одного дождливого дня. Но сегодня утром, как по заказу, природа решила показать характер. Дождь и ветер с утра решили изменить наше расписание на день, вычеркнув из него походы на море и все активности на улице. Кто-то из ребят только обрадовался отсутствию пляжа сегодня (в начале смены я говорила, что так и будет).
На самом деле дождю обрадовались все. Жара, от которой изнывали и дети, и вожатые, уже немного надоела. Но дождь принес и свои трудности. Вожатым нужно было придумать, как занять детей на весь день внутри корпусов и при этом оставить лагерь целым. Немного облегчало задачу то, что после сончаса у средних отрядов начинались спортивные соревнования. Благо футбол, баскетбол и настольный теннис можно легко провести в спортивном зале.
Мы сидели в столовой на завтраке и размышляли, чем займем детей до обеда.
− Успела! − Радостно, но неожиданно для всех хлопнула в ладоши Лизка.
Я дернулась от испуга, а бедный Кирилл даже подавился. Лизка, сидящая рядом, начала стучать ему по спине.