В последний раз подмигнув ему, я отвернулись и убежала к своему отряду. Но все это время я чувствовала на себе его взгляд и то обещание, что он вкладывал в него.
* Здесь имеется в виду «запретный плод», который попробовали Адам и Ева.
Глава 21
Последний выходной перед закрытием смены.
Обычно в этот день все пытались успеть все то, что не успели сделать за три недели. По планам мы должны были с Лизкой проснуться рано утром и сбежать из лагеря до самого позднего вечера. Но эти планы нарушил симпатичный и любимый вожатый из соседнего отряда. И я совсем не была этому против.
Я проснулась практически с рассветом, потому что предвкушение будоражило все внутри. Матвей сказал, что это будет наше самое первое и самое настоящее свидание. День, посвященный только нам двоим. Я совсем не знала, что он задумал, но с нетерпением этого ждала. Поэтому, предвкушая этот волшебный день, я начала собираться.
Погода, как будто понимая, какой важный сегодня предстоял день, улучшилась, вернув чистое и ясное небо с ярким солнцем.
Внутри я чувствовала невероятную легкость. День еще не начался, а улыбка уже не сходила с моего лица.
Сегодня хотелось быть очень красивой и особенной. И новое платье, купленное в начале смены, идеально для этого подходило. Рука потянулась за косметичкой, но, взглянув на себя в зеркало, стоящее на подоконнике, я замерла. Проведя почти три недели под жарким солнцем, кожа приобрела блестящий бронзовый оттенок, с которым мои голубые глаза выглядели еще ярче. А светлые волосы, что даже на утреннем солнце отливали золотом, рассыпались по плечам в естественной волне.
И тут я поняла, что мне не нужна сегодня косметика. Природа и любовь уже постарались, придавая и блеска глазам, и сияния улыбке.
− Ты вся светишься, − тоже заметив это, сказала Лизка.
Еще шире улыбнувшись, я продолжила собираться.
− Мира, − позвала меня подруга. − Я очень рада за тебя, за вас двоих. Но.. все же я переживаю..
− Сегодня, − уверенно ответила я, беря ее за руки, − сегодня день только для нас двоих. И сегодня мы обо всем поговорим. Слишком тяжело носить это все в себе.
Я действительно чувствовала себя очень счастливой. И не была готова расставаться с этим.
Набираться смелости это не значит стать смелым. Взять и обо всем поговорить вопреки всем страхам и тревогам – вот смелость. А более подходящего дня, чем сегодня, уже не будет.
Завтра закончится смена, а через два дня я уеду. Мы и так живем с Матвеем в разных городах, поэтому расставаться на неопределенный срок с грузом на душе будет еще тяжелее.
Я верила в нас, в наши чувства, а значит мы сможем найти решение и все сохранить.
В дверь нашей комнаты постучались. И я знала, кто стоит за ней.
Открыв дверь, я встретилась взглядом с Матвеем. Он, кажется, хотел что-то сказать, но, оглядев меня с ног до головы, забыл об этом. Его взгляд был полон восхищения и теплоты. Я даже увидела в них легкую панику, вызванную его растерянностью.
Я улыбнулась, смутившись, но при этом внутри почувствовала удовольствие от того, что лишила Матвея дара речи.
− Привет, − первая заговорила я.
Матвей встряхнулся, прогоняя приятное наваждение.
− Привет, − все еще приходя в себя, ответил он. − Ты.. ты очень красивая.
Матвей потянулся ко мне, обвивая руками за талию, и наклонил, даря неспешный утренний поцелуй.
− Ты тоже, − вернула ему комплимент я.
Матвей и сам выглядел потрясающе. Светлые брюки и рубашка приятно гармонировали с его бронзовым оттенком кожи, а к его небрежным и еще немного влажным темным волосам так и хотелось прикоснуться.
Все еще не отпуская меня из своих объятий, он сказал:
− Я хотел попросить тебя захватить с собой купальник.
− Купальник? − Удивилась я. − Зачем?
Матвей лишь хитро мне подмигнул и, поцеловав меня в щеку, скрылся у себя в комнате.
Растерянная, я увернулась в комнату, думая, зачем нам купальник. Матвей знал, что я не люблю купаться в море. Но купаться ведь можно не только в море, но и в бассейне, и в аквапарке. Или мы просто будем загорать? Теряясь в догадках, но доверившись Матвею, я все же надела купальник.