Болѣзненная потливость
Все тѣло страдаетъ иногда такъ же, какъ и ноги болѣзненной потливостью.
Одинъ господинъ, изъ высшихъ классовъ общества, потѣлъ ночью такъ сильно, что къ утру матрацъ, простыня и подушка становились совершенно мокры; кромѣ того, несмотря на величайшія предосторожности и укутыванія, онъ зимой постоянно болѣлъ катаррами. Запахъ отъ его одежды чувствовался даже на значительномъ разстояніи. По истинѣ тяжелое испытаніе, непріятная болѣзнь! Быстро излѣчить ее, конечно, нельзя, такъ какъ нужно постепенно укрѣпить организмъ, ослабленный безпрерывнымъ потѣніемъ, и удалить изъ тѣла больные соки. Но при извѣстномъ терпѣніи можно достигнуть полнаго излѣченія, какъ это было съ нашимъ господиномъ.
Какъ же надо поступать?
Три раза въ недѣлю — испанскій плащъ; если днемъ некогда, можно надѣвать его ночью, вмѣсто ночной рубахи, часа на 1½–2; 2–3 раза въ недѣлю — полныя обмыванія; а если паціентъ страдаетъ безсонницей, то полезно производить ихъ раза 2 ночью, вставъ съ постели. Во время потѣнія, обмыванія нужно производить сильно, но быстро, и потомъ, не вытираясь, укрыться хорошенько и лечь; кровать не должна стоять въ очень холодной комнатѣ. Начинать лѣченіе слѣдуетъ всегда съ испанскаго плаща!
Потомъ, даже послѣ выздоровленія, хорошо примѣнять его разъ въ недѣлѣ, такъ же, какъ и полныя обливанія. Не надо пугаться нѣсколько непріятнаго начала — какъ визжитъ и барахтается собаченка, когда ее въ первый разъ бросаютъ въ воду! А потомъ между тѣмъ она научается отлично плавать!
Обильное потѣніе
Часто встрѣчаются организмы, которые легко и обильно потѣютъ, даже при самомъ незначительномъ напряженіи, и поэтому такіе люди, не говоря уже о постоянномъ утомленіи, легко подвержены всякаго рода катаррамъ, простудамъ, воспаленіямъ и т. д.
Одинъ чиновникъ пришелъ ко мнѣ и жаловался, что онъ нездоровъ, страдаетъ затрудненнымъ дыханіемъ; врачи объявили, что у него болѣзнь печени и почекъ. Но хуже всего то, что онъ совсѣмъ не переносилъ лѣкарствъ: его рвало отъ каждой ложки.
„Лучше всего, а не хуже“ прервалъ я этого господина, котораго болѣзнь я уже угадалъ по зловонному поту. И я заговорилъ, какъ прорицатель, къ изумленію чиновника: „вы сильно потѣете при ходьбѣ, и по утрамъ“. — „Да, совершенно вѣрно; откуда вы знаете это?“ Вмѣсто отвѣта я посовѣтовалъ ему приготовить дома ванну съ холодной водой и, когда онъ возвращается домой, быстро раздѣваться, садиться въ нее до области живота и усиленно обмывать верхнюю часть тѣла; все это должно продолжаться не долѣе 1 минуты; потомъ не вытираясь, быстро одѣться, и ходить около ¼ часа по комнатѣ. — „Помилуйте, закричалъ больной, да вы хотите меня уморить! Да вѣдь со мной моментально случится ударъ! Меня всегда предостерегали отъ малѣйшей простуды, а вы хотите, чтобы я, вспотѣвъ, садился въ холодную ванну!“ Я спокойно попытался объяснить этому господину всю безопасность этого примѣненія. Между прочимъ я его спросилъ: „когда вы приходите домой въ такомъ поту, что у васъ съ лица льются ручьи, и пальцы липнутъ, боитесь ли вы тотчасъ омыть себѣ руки и лицо?“ — „Конечно нѣтъ“ — былъ отвѣтъ. — „Ну-съ хорошо, и это вамъ никогда не приносило вреда; отчего же въ такомъ случаѣ вы не хотите доставить этого невиннаго удовольствія также всему тѣлу?“ Послѣ недолгихъ колебаній онъ обѣщалъ попробовать. Черезъ 2 недѣли я встрѣтилъ его опять. „Ну, что, любезный, вы еще не умерли“? спросилъ я его. — „Ахъ, многоуважаемый отецъ, я такъ счастливъ, я прекрасно себя чувствую“.
Конечно, это принесло ему пользу — всякая болѣзненность исчезла; онъ живъ и до сихъ поръ — ему скоро будетъ 80 лѣтъ.
Къ сожалѣнію, люди часто на мои дружескіе совѣты отвѣчаютъ не повиновеніемъ, а презрѣніемъ и насмѣшкой — они сами пусть раскаиваются и платятся за это! Зданіе можетъ надолго сохраниться только въ томъ случаѣ, когда каждый годъ поправляютъ небольшіе обвалы и разрушенія; но если ихъ оставлять безъ ремонта, все зданіе должно непремѣнно рушиться.
Да, всѣ эти сучки, обломки, называй ихъ какъ хочешь, имѣютъ корнемъ обыкновенно незначительныя нездоровья, измѣненія въ организмѣ. Они то составляютъ мохъ и гнилье въ хрупкой крышѣ твоей души; они иногда и не опасны, но все же похищаютъ бодрость, довольство и веселость. А нѣкоторые со временемъ становятся даже опасными для жизни.
Одного того примѣненія воды, которымъ пользовался чиновникъ, часто достаточно, чтобы возвратить новый юморъ, новое расположеніе духа.