-Вы прочли моё письмо? - юная леди нахмурила брови.
-Письмо? Хм. Нет, - в комнате повисло неловкое молчание. Данте вдруг стало стыдно, как будто он в чём-то провинился.
-Ясно. Тогда поговорим позже, - Эмма фыркнула. Ей стало немного обидно, но она решила спросить прямо в лоб на прогулке. Ей хотелось увидеть его реакцию, услышать, что он ей ответит. Тут уже улизнуть не получится.
-Прости, - это слово Данте бегло кинул и очень тихо. Учитель вышел на улицу в ожидании Эммы и горничной.
Наша тройка персонажей наконец-то направился за город. Все молчали, ведь каждый из них недолюбливал друг друга или не доверял друг другу.
Данте чувствовал, что он не приятен Элизабет и вызывает у неё опасение. Но это было не важно. Молодой учитель хотел сегодня открыть Эмме маленький секретик. Данте посмотрел на девушку. Она была холодной, отстраненной и не разговаривала. Юная леди лишь пару раз посмотрела на учителя и закатила глаза, что-то пробормотав себе под нос. Осенью лучи солнца приятно грели и прибавляли настроения прохожим. Лёгкий ветерок развевал волосы. Вскоре, взору Эммы и горничной, предстал дом Данте.
-Хотите чаю или приступим сразу к работе? - учитель улыбнулся и склонил голову вправо.
-Лучше сразу начать, - Эмма подошла ближе к краю скалы и посмотрела на море далеко внизу. Девушка вдохнула воздух полной грудью и закрыла глаза. Лёгкие наполнил прохладный воздух, во рту почувствовался солёный вкус моря.
-Хорошо. Не подходите близко к краю, - Данте выкрикнул предупреждение и ушёл в дом. Молодой мужчина вынес два мольберта, два табурета и одно кресло с белым пледом. Учитель всё расставил и вынес маленький журналов столик с длинными тонкими ножками и круглой формы. Через несколько минут на столике стояли 3 кружки с травяным чаем.
Эмма села за один из мольбертов и открыла свой чемоданчик. Девушка достала палитру, кисти и краски. Неподалёку сел Данте.
-Элизабет, вы можете устроиться на кресле и укутаться в плед. Так будет уютнее, - учитель посмотрел в глаза женщине и мило улыбнулся. Хотя понимал, что это не расположит Элизабет к нему.
-Спасибо, - горничная взглянула на Данте исподлобья и села в кресло.
-Ну-с, юная леди, приступим к уроку, - молодой человек посмотрел вдаль и принялся делать наброски кистью, Эмма последовала за ним.
На белом холсте выводились цветные линии. Кривые линии, изгибы и пятна вырисовывали картину.
-Как Вам? - Эмма посмотрела на Данте.
-Веди кисть чуть мягче, более размазано. Не пытайся сделать чёткий контур. Облака должны быть воздушными, - учитель подошёл к девушке, взяв её руку в свою, он стал водить кисточкой по холсту. У обоих людей побежали мурашки. Пульс повысился.
-У него такие холодные руки, - Эмма напряглась, но была не против прикосновений учителя. Мысли крутились в голове, - от него приятно пахнет.
-Тебе, Вам нравится? Простите, оговорился, - Данте подошёл к столику и взял две кружки одну он отдал Элизабет, другую принёс Эмме.
-Спасибо. Да, мне нравится, - юная аристократка сделала глоток чая, нежно притронувшись губами к кружке. Молодой человек смотрел на её движения, ему хотелось её поцеловать. Запах девушки сводил молодого мужчину с ума. Каждая мышца напрягалась, чтобы держать фантазии под контролем.
-Вот и славно, - в голосе учителя послышалась странная хрипотца. Данте бросил взгляд на горничную, она начала засыпать и на лице молодого учителя появилась хитрая улыбка. Его план шёл как надо.
-Элизабет, кажется, заснула, но обычно она не спит днем,- девушка нахмурила брови, её выражение лица было чем-то озадачено.
-Тёплое солнце и чай с пледом, скорее всего ее, разморили, в этом нет ничего такого. Тем более, она всегда много работает, - Данте кинул ехидный взгляд на горничную и подошёл к Эмме. -Нам нужно продолжать.
Юная девушка почувствовала холод, внутренние инстинкты говорили о том, что что-то должно случиться. Холодная рука молодого мужчины взяла руку аристократки и накладывала всё новый и новый слой краски. Он склонился ниже, его голова оказалась на уровне уха юной девушки.
-У меня есть секрет для тебя, -тихий, спокойный и бархатный голос вызывал дрожь и мурашки у Эммы.
-Что же это? - аристократка застыла, непонятный страх сковывал всё тело.