-Какая? - голос девушки не много задрожал.
-Не груби мне, и я постараюсь быть мягче, - Юлиан улыбнулся, но это была улыбка лицемера.
-Хорошо, - юная леди улыбнулась такой же улыбкой. Подарок отца после его улыбки выглядел отвратительно. Червь отвращения зашевелился в груди девушки.
-Через 15 минут жду к обеду, - после этих слов Юлиан вышел из комнаты.
Эмма посмотрела на себя в зеркало. Всё лицо в синяках, нос опух, даже косметика в данном случае не исправит положение. Единственное, что Эмма сделала, нежного попыталась скрыть синяки пудрой. Она посмотрела в свои глаза. Взгляд стал более жестокий, выражение лица надменное и озлобленное. В них горел огонёк отмщения и пренебрежения к окружающим её людям.
Девушка спустилась к обеду. Эмма положила салфетку на колени. На столе её ждал крем-суп из тыквы и запечённый лосось с лимоном. На десерт был клубничный пирог и кофе.
-Приятного аппетита, отец, - голос Эммы был холодным.
-Спасибо. - последовал такой же холодный ответ.
Всё было скучно, как всегда, но аппетита у Эммы не было. Она даже не притронулась к десерту. Ей хотелось обратно к себе, в комнату. Хотя, кого мы обманываем? Ей хотелось уйти из дома, туда, где ждут, туда, где любят, но сейчас надо думать о другом: о месте и наказании. Смыслом её жизни на данный момент является именно это.
-Мне можно идти? - Эмма посмотрела на отца.
-Да, - Юлиан даже не смотрел на дочь.
Эмма ушла к себе. Ей очень хотелось заглянуть в комнату отца, вдруг, там есть портрет её матери, но нарываться на проблемы она пока что не хотела.
Погода разыгралась не на шутку. В небе вспыхивали цветные молнии. Из-за чёрных и серых туч, казалось, что уже глубокий вечер. Но оживление на улице говорило о том, что работа в самом разгаре. Люди бегали как муравьи в муравейнике. Через несколько лет и Эмма должна будет присоединиться к этой системе. Всё как у всех обычных людей и семей.
Девушка закрыла двери на замок. Она распустила волосы, сняла платье, колготки, туфли. Оставшись в белье, она подошла к зеркалу и увидела хрупкое тело, длинные ноги с немного округлыми бёдрами, плоским животом и небольшой грудью. Кожа бледная, на её фоне глаза выглядели как чёрные впадины. Образ, похожий на призрака, дополняли длинные каштановые волосы. Эмма не нравилась себе, по её мнению в нём не хватало жизни, розовых пятен на щеках. Да и никто не говорил ей, что она красивая.
Эмма сняла чекер. Достала полотенце и пошла в ванную.
На полочках стояли масла для ванной с разными запахами, особенно Эмме нравилось масло с запахом лаванды.
Горячая вода приносила девушке умиротворение, погружала её в другой мир, мир покоя, забвения плохих воспоминаний, мир грёз счастливой жизни. Вода-это как теплые объятия родного человека, которого у Эммы никогда не было.
Девушка погрузилась в воду с головой, оставив только нос, чтобы дышать и закрыла глаза. Наступил момент уединения с самой собой.
Глава 7.Омут собственных мыслей. Юлиан.
Обед с дочерью прошёл, так же как и обычно. Юлиан смотрел в тарелку, аппетит пропал.
-Она уже взрослая. Долго удерживать её в доме я не смогу хотя, - мужчина говорил про себя и опер голову об ладонь. - Может и придётся идти на крайние меры. Была бы тут Вивьен, она бы научила Эмму обращаться со своей силой, а я не могу. Не могу. Я лишь простой человек сейчас, - Юлиан ударил кулаком об стол. На шум прибежала Элизабет.
-Что-то случилось, сер? - горничная боялась, что хозяин снова будет кричать, она старалась угождать во всём.
-Нет. Всё хорошо, - Юлиан встал и ушёл к себе. Он шёл по лестнице, проводя ладонью по перилам, смотря на все картины, роскошь дома, но она давно его не впечатляла.
-Была бы моя воля, сжёг бы всё дотла, но, -Юлиан вошёл к себе в комнату. -Но любовь к тебе, -мужчина погладил портрет статной, высокой женщины, -не даёт мне этого сделать. Я обещал, что выращу дочь в любви, но не смог. Я боюсь ее, - Юлиан прислонился лбом к портрету и прикусил губу.