Омлет показался Стефану превосходным.
— Вы ведь приехали со Станции, — спокойно сказала Марена, когда они закончили. — Я слышала, началась война.
— Так и есть, — Дейдра откинулась на спинку стула. — Прилучане попытались взять Станцию нахрапом, но крепко огребли и отступили.
— Жаль, — по голосу Марены нельзя было понять, жалеет ли она то, что Станция устояла, или то, что прилучанам удалось отступить. — У нас и без того хватает проблем, чтобы ещё воевать. Рог пока нейтрален, но это дело времени.
— Собираетесь уезжать? — Дейдра кивнула на лежащие у стены тюки.
— Да. Если Прилуки начали войну, долго мы здесь не задержимся. Силой ли, а может, ещё как, но святоши от нас избавятся. Им не по нутру то, что в добропорядочном городе живут люди, не признающие их бога, а тут есть отличная возможность от нас избавиться. Так что мы уходим за Реку, в Корс. Там нас не достанут.
Стефану редко доводилось сталкиваться с язычниками, но лекции о политическом устройстве Темнолесья он помнил хорошо. Большая часть выживших после эпидемии Памяти построила себе новую религию, остальные же — те, кто не ушёл в Лигу — попытались жить в гармонии с новой природой. Надо сказать, получалось у них не так уж плохо, хотя Стефан сильно сомневался, что это получится сделать в Мерцающем лесу, не говоря уже о Чумном.
— Корс, — задумчиво протянул Стефан. Он слышал о новом селении язычников на Правобережье, но не более того. — Между Мёртвым городом и Закрытым лесом. Удобное нашли место, ничего не скажешь.
— Да, жить там опасно, — признала Марена. — Но даже в Мерцающем лесу лучше, чем здесь. Пауки и сороконожки хотя бы честны с людьми.
— Как отсюда удобней всего выйти к собору? — спросил Стефан.
Ни один мускул не дрогнул на лице хозяйки, но каким-то шестым чувством Стефан понял — она изумлена.
— Вот уж не думала, что ты верующиё, — медленно сказала женщина, посмотрев ему в глаза.
— Я туда не молиться иду.
На этот раз взгляд Марены был долгим, изучающим. Казалось, она размышляет, что имеет в виду гость, и пытается понять, как поступить.
— Его заметить несложно, — наконец ответила она. — Самый высокий остров, а к нему с четырёх сторон мосты. Храм видно отовсюду. Как выйдешь с нашего острова, так найдёшь дорогу сразу.
Стефан поднялся.
— Я скоро вернусь, — коротко бросил он.
Разумеется, Дейдра попыталась пойти с ним.
Разумеется, она не сдалась сразу, и только вмешательство Марены заставило её изменить мнение.
— В собор тебя в такой одежде просто не пустят, — сказала хозяйка, указав на зелёные штаны колдуньи. — Только длинное, закрытое платье и ничего другого. И платок на голове.
Её собственная одежда тоже не слишком подходила под требования священников — подол платья опускался лишь самую малость ниже колен, а обнажённые руки и наличие весьма заметного декольте окончательно переводили Марену в класс «развратниц». Впрочем, она ведь и в храм нужды ходить не испытывала. Не собирался заходить внутрь и Стефан, но благоразумно об этом умолчал.
— Понятно, — кисло закончила колдунья. Даже если бы у Марены нашлось нужное платье, в чем Стефан сомневался, язычница была почти на полголовы выше Дейдры. — Иди.
Вид у неё был на редкость мрачный.
Через несколько минут Стефан уже спокойно шагал по улицам Рога, изредка поглядывая по сторонам. Вечная подозрительность буквально заставляла его присматриваться к прохожим, оглядывать территорию, пытаясь запомнить все эти хитросплетения переулков. В Роге не было ни одного здания, которое осталось бы из Светлых времен — катаклизм полностью уничтожил некогда бывшее здесь поселение, оставив россказни о неповрежденном соборе.
Никто толком не знал, что произошло глубоко в недрах города, когда в мир пришла пси. Просто однажды почва вдруг вздыбилась, скалы ринулись вверх, разрывая дороги и ломая дома. За какой-то час на ровном прежде месте, тогда ещё не заросшем деревьями, возвысились восемь островов, с которых сыпались кирпичи разваливающихся зданий.
И, конечно, все быстро поняли выгодность расположения города на стометровом плато. Правда, оставалась опасность нового катаклизма, но кто о ней думает? Это как жить на склоне потухшего вулкана. Вроде бы и ясно, что рано или поздно он всё же проснется, но никто ведь не знает, когда. А здесь — ещё хуже: неизвестно, будет ли вообще что-нибудь. Вот и выстроили город на каменных островах, и найти место безопасней в Темнолесье трудно.